Первый из рода: Калибан, Проклятый зверь

– Чтобы моя команда пожалела об этом.

Большего мне и не нужно, я тут же побежал к борту, снимая с себя копья и цепи − сейчас они были для меня лишь обузой, и бесшумно взмыв в воздух нырнул в морские воды.

Вода была холодной, но во мне теплился огонь, что согревал тело, а вот земля камнем тянула ко дну, и потому я плыл под водой, борясь не с собственным весом, а с тем, что вода является противоположностью моих двух из трех стихий. Когда я вынырнул, мой корабль был позади на добрые полсотни метров, меня же внезапно подхватил водный поток, а на палубе мелькнуло сосредоточенное лицо мастера.

− Помогает, − пронеслась мысль в моей голове. – Значит, он понимает, что происходит.

Течение несло меня между кораблями, и мне пришлось нырять в глубины моря, чтобы скрыться от света факелов. Вот течение ударило меня о борт и чуть не утащило под корабль, и я вцепился в доски, а течение будто поняло, что не туда начало уносить, и утихло. А до меня уже доносились пьяные голоса с палубы, Каро пировали, позабыв об осторожности, что было мне и команде лишь на руку.

− Ну и как тебе тот мальчик?

− Вкуснотища! Так голосил вначале…

− Я голоден.

− Опять? Ты же молочного съел, и даже со мной не поделился!

− Он вкусный, теплый, таким никто не поделится, и я не поделился. Хочу еще.

− Трупов нет, братья все съели, а пленников трогать Арго запретил. Их продать надо, пожри рыбы.

− Не хочу рыбы, хочу плоти, молочной.

− Все забрал Арго. Ты же знаешь, младенцы его еда, тебе еще повезло, что съел его в бою и.

Течение вновь усилилось и меня начало уносить от борта, я нырнул, пообещав себе, что обязательно вернусь, у меня теперь здесь незаконченное дело.

Холодная вода окутывала мое тело, где-то посередине пути меня попыталась сожрать акула, она впилась в мой бок, но не успела сомкнуть челюсти. Взмах ножом, второй и вот она уже мертва, а на моем боку осталась кровавая рана. Следы от зубов акулы, что выбрала не ту жертву.

Мое тело ударилось обо что-то шершавое, и я вынырнул, мои руки схватились за нечто острое.

− Иншуа, я пришел за ними, – прошептал я и уверенно полез вверх по пасти, ступая ногами сперва на его зубы, а затем на морду, и оскалился его глазу по пути наверх.