Первый из рода: Калибан, Проклятый зверь

− Мертвые языки?

− Большинство языков мертвые, но многие из них вообще нелогичные, однажды я видел книгу, написанную цифрами, представляешь?

− Не представляю, – соврал я, даже не моргнув глазом.

Дверь скрипнула совершенно внезапно, и из нее вышла Соуроко. Она словно преследовала меня, я уже трижды сменил ей повязку на животе и дважды рассказал свою историю о том, что не помню, кто я и с каких земель. Да, это не правда, но зачем ей правда? Вот про Ахробу, Калибана и башню я не стал врать. Нашли меня в канаве, сделали рабом, а кто я мне и другим людям неизвестно.

− Он лжет, мастер. Не знаю, что вы у него спросили, но он только что солгал вам! – сладостно проговорила Соуроко. − Наш проклятый друг знает больше, чем говорит и постоянно лжет.

− Я не лгу, я недоговариваю, – спокойно проговорил я.

− Что ты знаешь о цифровом языке? – оживился мастер и даже на мгновение отпустил кувшинчик с крепким вином.

− Ничего особенного, просто знаю что это «код», − спокойно проговорил я, смотря на изображенный в книге рисунок единорога, которого скрестили со слоном и зачем-то еще приладили к его спине щупальца.

− «Код»? – переспросила Соуроко.

− Зашифрованный язык, определенная последовательность цифр, что зашифровывает букву, − спокойно проговорил я. – Или действие.

− Действие? – уже удивился мастер.

− Я видел подобное в башне, – опять соврал я, на что Соуроко скривилась. – Действие зашифровано цифрами, но какое именно без знаний о языке цифр не понять.

− Ты меня запутал, – опять осушил кувшинчик, мастерю – Как в цифрах может быть действие?

− А я поняла, – спокойно проговорила Соукроко и села напротив, − Действие для неживого, что не может действовать без цифр, ведь так, Рык? Это машина?

Я молчал. Что бы я ни сказал, она все равно поймет, правду я сказал или же нет. И сейчас эта мозгокопательница улыбалась, явно все поняв и без слов.

− У каждого свои тайны, проклятый, – улыбнулась мне Соуроко. − Через удар колокола прибудет моя сестра, и я решила помочь тебе как учитель.

− Я ничего ему не скажу, пока что я ему не доверяю, – раздраженно проговорил мастер, потирая помятое лицо. Он ведь так и не объяснил мне, как смог выжить в том бою. – И как выяснилось, он мне еще смеет врать! Его опекуну!

− Не умеете вы, мастер, проигрывать, – улыбнулась Соуроко, и взяла одну из книг в золотом переплете, написанную на незнакомом мне языке.