Серый рыцарь. Том I.

— Реанор, я тебе по-хорошему говорю, развоплощай броню и сдавайся! — произнес второй рыцарь, доспехи которого были цвета изумруда.

— Гвир, ты же меня знаешь! — ответил ему Циклоп и, топнув ногой, создал перед собой каменную стену. — Еще увидимся, — произнес он, обращаясь ко мне, а затем случилось то, чего я никак не ожидал. Не знаю, что это была за техника, но земля вокруг внезапно заходила ходуном, да так, что я едва смог устоять на ногах.

“Ничего себе!” — воскликнул внутренний голос, когда за спиной воина прямо из-под земли поднялась огромная пещера с темным проходом в ней.

— Бывайте! — усмехнулся Циклоп и, сделав шаг назад, растворился в темноте.

— Это что-то новенькое! — удивленно произнес третий рыцарь, подходя к пещере и касаясь темноты прохода своей алебардой.

В отличие от двух других его доспех был ярко-красного цвета, а на наплечнике красовалось изображение гордого единорога, пронзающего рогом какую-то тварь, похожую на ящерицу. Как я выяснил позже, это был василиск.

Он даже попробовал шагнуть внутрь, но, видимо, как и оружие, столкнулся с невидимой преградой.

— Еще не видел у него этой техники, — задумчиво произнес белоснежный рыцарь.

— Видимо, ему все же удалось выйти за рамки. Скорее всего, он сейчас имеет ранг паладина, — ответил ему рубиновый рыцарь. — Эй, с тобой все в порядке? — повернувшись ко мне, спросил он.

— Вроде… — неуверенно ответил я.

— Кальт, а ты как? — крикнул белоснежный рыцарь, обращаясь явно к сидящему на земле мужчине.

— Живой, — махнул рукой тот, кого называли Соколом, и поднялся на ноги.

— Погоди, я тебя сейчас быстро подлатаю! — произнес рубиновый рыцарь с гербом черепахи на наплечнике и уверенной походкой зашагал ему навстречу.

Оба других рыцаря, к слову, развеяли свои доспехи и уже направлялись ко мне.

Признаться честно, я даже не знал, что им сказать.

— Гилл, не так ли? — спросил мужчина, который явно был то ли отцом, то ли дядей моей одноклассницы и ее сестры.

Таких красавцев я видел в первый раз: высокий, стройный, а глаза у него были голубые и такие глубокие, что казалось, в них можно утонуть.

— Да, я Гилл Грейворд, — представился я и вежливо поклонился.

— А я — Альд Вайтштейн, — ответил мужчина. — Ты учишься в одном классе вместе с моей дочерью, — ответил он и улыбнулся.