Перекресток миров. Первые шаги Синигами

Только вот тот, кто поймает меня, не навредив будущему рабу, тот будет освобожден от наказания. Многие были воодушевлены этим, но как только я надел проклятую белую одежду, по словам Кьярты, многие падали на песок истощенными и не могли продолжать погоню.

Опытные воины и маги не стали участвовать в охоте, как и жрица со стариком. Они наблюдали за тем, как ребенок не уступает взрослым в скорости.

И когда я подбегал к скале, только двое еще были воодушевлены моей поимкой, и их не сломила эта погоня. Но они соревновались уже не из-за меня, а между собой, чтобы доказать, кто из них лучший: либо простой зверолов двадцатого уровня, у которого нет великого будущего, или звезда в ночном небе, та, которой суждено сменить Кьярту на посту жрицы многочисленного клана.

Они стали тайно встречаться, несмотря на то, что Кьярта переговорила с ними и, как ей казалось, разрушила зарождающиеся чувства. Но как оказалось, она их только упрочила, и после вчерашней ночи, когда на эту двоицу напала одна из расы Варси, эти двое заявили, что готовы стать изгнанниками, если клан не примет их прошение о браке, кстати, того ящера сумели спасти и он даже подрос в уровне.

Кхарги пока думают над тем, что сделать с этими двоими, а меня нашли для того, чтобы сказать спасибо, и не более того.

— И как ты собираешься добраться до севера? — спросил меня Кхал, после того как я ему рассказал, как попал в пустыни, промолчав о мертвой королеве и том месте, где именно я появился.

— Надеюсь, в вашей столице я найду подданных Генриха Кровавого, — тихо проговорил я, понимая, что сейчас я, может быть, получу так необходимую мне помощь.

— А ты, малыш, не королевских кровей? — улыбнулась Кьярта, но не увидев улыбку на моем лице, продолжила: — Ладно, я пошутила, я готова помочь тебе, но в плату требую то белое платье, которое ты носил там в песках.

— Уважаемый глава клана Барду Кхал, мой отец всегда говорил, что вы прекрасные торговцы, — обратился я к старику, который, как и жрица, ждали моего ответа по поводу платья мертвой королевы. — За сколько бы вы продали подобную вещь, которая есть у меня?

— Я бы ее не продавал, Синигами, — улыбнулся старик, вставая на стену. — И отнимать его у тебя я бы не решился.