Перекресток миров. Первые шаги Синигами

Воина, которого отправили на разведку, еле вытащили за веревку, он упирался изо всех сил, забыв, что привязан, и за пять минут заплутал в туннелях. Он словно обезумел и не понимал, что с ним происходит, и что было сил упирался, но его тащили наружу, ломая ему пальцы, которыми он хватался за каждый уступ. И еще около получаса рвался обратно в катакомбы: ему было неуютно среди людей на свету от факелов.

Какая была задача поставлена перед диверсионными отрядами, стало понятным после допроса связных, которые остались в столице и не приняли скляночку с черной жидкостью, наподобие той, что есть на моем поясе.

Главы иностранных разведок, в отличие от нашего короля, смогли моментально идентифицировать, кто именно сидит в центре. Это была, по их мнению, королева-мать Гертруда Первая, жена первого короля, который и объединил эти земли. Генриха Кровавого не волновало то, какими артефактами может обладать настолько древний лич. Он желал предать земле прах немертвой своей родственницы, а вот иностранные разведки поняли, что там, в недрах катакомб, можно поживиться, и очень неплохо.

А данные об убитом нами личе прямо указывали, что сила немертвых, что столетиями пугали ретивых военачальников, была, мягко говоря, преувеличена.

А вот их артефакты не могли растерять силу так же, как ослабли личи, которые все время спали и не подпитывали свои силы живыми. А как они предполагали, артефакты там были достаточные, чтобы уничтожить одно государство и убить около миллиона подданных.

И в приказах, которые были найдены у связных, было указано, что в случае невозможности захвата этих артефактов, любыми способами не дать, чтобы они попали в руки истинному потомку Гертруды Первой.

Броня на личе в выставочном зале была подделкой, это я сразу понял, как только взглянул на Генриха Кровавого, который ждал нас около катакомб. Никакая позолота не могла замаскировать тот меч, что сейчас был в руках короля. Моя спина неприятно заныла, а Генрих тем временем, указывая на меня с родителями, объяснял целой дружине и гостям, как будет происходить ликвидация врагов всего живого.

Ко мне подходили один за другим маги и накладывали на меня свои защитные чары. Особенно мне запомнился высокий жилистый старик в нелепой кожаной броне, который посмотрел на меня и улыбнулся.

— Клянусь течением! — воскликнул этот старик, обращаясь к королю, пренебрегая всеми правилами обращения с королевской особой.