Магия и Мясо: Путь неопределённости

— У-у-у, у-у-у, — протянул я издевательским тоном.

— В смысле кто-то другой? Ты говоришь со мной! Я же только что стоял перед тобой! Неужели ты больше не хочешь дружить?

Я выглядел заплаканным, но внутри пылала смесь презрения и насмешки.

Юка осталась спокойной, но её глаза, как всегда, были проницательными, улавливая каждую ноту моего тона. Она не испугалась, но что-то в её мягком взгляде заставило меня остановиться на мгновение. В её глазах не было ни осуждения, ни агрессии — только понимание.

Она вздохнула, и её голос прозвучал спокойно, с той же удивительной добротой, что раньше, но теперь с легкой тенью игривости.

Она проигнорировала мои игры с плачем, что мне не очень понравилось.

— Ты говоришь это так уверенно, словно всё уже решил за нас обоих, — начала она, её улыбка была мягкой, но в ней читался скрытый вызов.

— Да, я знала, что ты не простой человек, что в тебе есть нечто тёмное. Но это не значит, что ты можешь пугать меня или управлять мной своими играми.

Она не пыталась спорить со мной, её тон был удивительно мягким, несмотря на мои провокации.

— Знаешь, ты прав. Я интуитивно многое знаю. И даже сейчас вижу, что за твоими словами скрывается больше, чем просто желание играть. Но это меня не пугает. Мне не важно, кем ты хочешь казаться сейчас. Мне важнее, кто ты на самом деле.

Она чуть склонила голову, её улыбка стала чуть шире, словно она находила эту игру забавной.

— И если ты думаешь, что можешь сыграть со мной, возможно, и я сыграю с тобой.

Только помни, что не всё всегда идёт по плану, даже если ты уверен в своём контроле.

Моя злая личность безразлично зевнула, как будто все её слова были не больше чем пустой болтовнёй. Я смотрел на Юку с презрением, видя её насквозь, словно её спокойствие и мягкость были лишь жалким проявлением слабости.

— Ладно, занимайся своей ерундой дальше, — бросил я, явно теряя интерес.

Затем контроль над телом вернулся ко мне. Я мгновенно почувствовал, как волна смущения прокатилась по мне.

Юка только что стала свидетелем чего-то, что я старательно скрывал — моей тёмной, сумасшедшей стороны. Я посмотрел на неё, словно пытаясь понять, как она восприняла всё это.

— Ну… с кем не бывает, — неловко пробормотал я, стараясь сделать вид, что ничего серьёзного не произошло.

Юка посмотрела на меня с той же мягкой улыбкой, без намёка на осуждение. Её глаза светились пониманием, как будто то, что только что произошло, было для неё чем-то вполне естественным.