Последняя капля

Прислушайтесь! Удары его меча о щит резонируют с колокольным звоном целителя и отправляют энергию этого человека на спасение нас с вами. Так неужели мы останемся в стороне и не последуем примеру Номига! Неужели мы будем стоять и спокойно бездействовать, когда такой хиляк отдаёт собственную жизнь ради того, чтобы вернуть смысл нашим жизням? Я так не могу, поэтому присоединюсь к танцу. Поэтому, позволю колокольному звону забрать свою жизнь!

Приняв решение, кузнец без разрешения схватил с прилавка первое попавшееся оружие, которым торговали в приёмной гильдии кузнецов, и позволил колокольному звону увлечь себя.

Секунда и вот уже трое бряцают оружием, отправляя эфир куда-то в неведомые глубины.

Пример лучшего кузнеца города, оказался заразительным и вскоре уже сотни миногов тарабанили всем, чем попало в такт колокольному звону, впав в благоговейный транс. Вся гильдия кузнецов и вся гильдия стражей, что соседствовали друг с другом, сошлись в едином порыве, отдавая энергию. Поднялся неимоверный грохот, от которого начали сотрясаться своды рукотворных пещер, но вдруг, всё в один миг затихло.

- Йо- йо – йо! – Раздался победоносный клич народа миног, громогласным эхом прокатившись по притихшим улочкам. С наступлением тишины, каждый живущий миног почувствовал возвращение благодати творца. Почувствовал ни с чем несравнимое счастье. Только Вовка всего этого не видел, не слышал и не чувствовал. Молодой танк рухнул без сознания, ибо в его сильно исхудавшем теле едва теплились последние капли эфира.

- Что с ним? – Растерянно спросил Номиг.

- Умирает. – Констатировал факт Огин, а потом вновь взорвался невероятной тирадой. – Миноги! Скажите мне честно, кто из вас может прийти в чужой мир, попасть в чужой город к неродному вам народу и отдать свою жизнь за его спасение? Скажите мне кто? Отвечайте! – Огин осуждающе посмотрел на окружающих. – Не можете. Вот и я не могу и мне от этого стыдно! Чувствую себя последним трусом, особенно глядя на то, что этот хлюпик смог так поступить.

В этом человек, на котором морозная броня телепается, словно тряпка на пугале, источает последнюю энергию своего родного мира – Мидгарта. Истончается ради спасения чуждой ему планеты, чуждого ему города и народа. Так неужели в нас с вами миноги совсем чести и совести не осталось! Неужели мы так и будем смотреть как он уимрает?

- Нет! – Раздался откуда-то со стороны входной двери знакомый всем миногам голос. Это говорил, городской лекарь Иног. – Никто не умрёт.