Предвестник бури

Мама часто говорила, что ей жаль этого молодого господина, но так распорядилась судьба.

Жаль господина было и маленькой девочке. Иногда ей даже хотелось помочь ему чем-нибудь, но она не знала, как это сделать. И сейчас девочка просто лежала и смотрела на уже слегка покосившийся дом с одним светящимся окном, фантазируя, как могла бы подарить мальчику палки и доски, которые есть у дворника в пристрое. Он обязательно обрадовался бы такому подарку.

Вдруг в темноте ночи что-то мелькнуло. Подтянувшись на руках, девочка приподнялась, чтобы лучше разглядеть что-то светлое и очень быстро двигающееся по крыше дома.

В это время дверь в комнату отворилась, и вошла мама юной наблюдательницы.

— Мама! Мама, я видела инари! — тут же раздался детский восторженный крик.

— Инари? — женщина в лёгком домашнем платье присела на край мягкой кровати дочери, пригладила её кудрявые волосы. — Ну ты и выдумщица, моя маленькая принцесса… Лисы-оборотни давно покинули этот мир. А, может, их и не было вовсе, — она покачала головой, мягко улыбаясь.

— Но я видела! — упрямо стояла на своём кроха, для весомости аргумента ударяя сжатым кулачком по перине.

— Вот так и видела? — иронично уточнила мама.

— Да!

— Должно быть, это была очень старая и могущественная лисица, — всё так же подшучивала женщина над дочерью. — И сколько же у неё было хвостов?

— Я не успела сосчитать, она очень быстро убежала! — надулась кроха, понимая, что мать ей не верит.

Детские глаза заблестели, выдавая приближающиеся слёзы.

— Наверняка много, — с лёгким вздохом покачала головой мама, не желая расстраивать ребёнка и принимая правила игры. — Каждый хвост — это сто лет жизни. Говорят, что последних лис видели очень много лет назад. Она, должно быть, очень мудрая, та лиса, которую ты видела.

— Ладно, — устало зевая, ответила девочка. — Спокойной ночи, мамочка.

— Спокойной ночи, солнышко, — женщина склонилась над дочерью, целуя в лоб. — Пусть тебе не приснятся кошмары.

Бросив последний взгляд на засыпающую дочь, мать вышла, тихо притворив дверь.

***

Проводив глазами повозку барона Самвеля, Никс кое-как разжал сомкнутые челюсти: тяжело было доверить их сокровище незнакомому парню.