Воздушные фрегаты-5. Большая игра

«И даже имя племянника?»

«Нет, конечно. Просто для сына он недостаточно наглый».

«А что ты говорил про оживление статуй?»

«Да так, почувствовал себя графом Калиостро».

Существующая политическая система Уругвая сложилась в прошлом веке, когда на ее земли претендовали тогда еще Бразильская империя и Аргентинская конфедерация. Местные тогда разделились на два лагеря. Сторонники Бразилии основали партию Колорадо, а приверженцы Аргентины – Бланко. Как ни странно, противоборство закончилось не геноцидом политических противников, а своеобразным договором.

Более либеральные Колорадо пришли к власти в столице, а правые Бланко рулили в провинции.

Действующий президент Альфредо Бальдомир принадлежал, разумеется, к первым. Что интересно, к власти он пришел, поддержав переворот дона Габриэля Терра, которого потом благополучно подвинул, выставив собственную кандидатуру на выборах. Поскольку ни бланкистов, ни представителей внутрипартийной оппозиции до избирательных участков не допустили, победа дона Альфредо была безоговорочной.

Все это по дороге в президентский дворец Марту выложил незадачливый племянник.

- Я слышал, у вас довольно большая немецкая диаспора. Не подскажите, кого они поддерживают?

- Я бы не сказал, что у них есть четкие предпочтения. Но поскольку большинство из них проживает и ведет хозяйство в сельских районах, то они ближе к белым.

- К кому?

- Бланкистам. Колорадо чаще именуют красными, хотя правильнее – цветные. А почему вы спрашиваете?

- Просто любопытно.

Поскольку личного автомобиля у племянника главы государства не имелось, до президентского дворца им пришлось добираться опять на такси.

Охрана вокруг была нешуточной. Рослые часовые с винтовками Маузера и примкнутыми штыками, в почти полной копии немецкого пехотного мундира, штальхельмах, черных сапогах, надраенных до зеркального блеска.

Конные патрули, до мелочей воспроизводящие форму и выправку прусских рейтаров, непрерывно дефилировали вокруг поместья. На мгновенье Марту показалось, что они снова в Германии или в какой-то ее колонии.

Впрочем, ничего удивительного. Общее увлечение латиноамериканцев немецкой военной школой было общеизвестно.

Но что интересно, внутрь их пустили без лишних проволочек. Стоило Пабло высунуться из окна авто и сказать, что эти «благородные сеньоры» со мной, как начальник караула потерял к посетителям всякий интерес и велел поднять шлагбаум. В этом сразу проявилась тотальная разница между уругвайской гвардией и истинно немецким орднунгом.