Воздушные фрегаты-5. Большая игра

Даже Виктор Ким и боцман Вахрамеев, помня, что он – пленник, бывший враг, наконец, японец, и потому изначально относившиеся к нему очень настороженно и с большим недоверием, в последнее время круто переменили свои позиции, признав в нем собрата, на которого безусловно распространяется принцип – сам погибай, а товарища выручай.

Тем более что сам Хаджиев ровно так и поступил в той ночной, кровавой и безжалостной драке с одержимыми. К слову, он и сам ясно отдавал себе отчет – теперь это его семья, его клан, его жизнь, его боевые товарищи, за которых он готов пойти на любые риски и испытания.

За летние месяцы 1942 года в жизни бортинженера «Ночной Птицы» и артефактора произошло много перемен. После майских событий его инкогнито оказалось раскрыто. Государь лично пожаловал ему офицерский чин лейтенанта воздушного флота России и орден Владимира с мечами 4 степени, что означало и получение Ибрагимом наследственного дворянства. Впрочем, чтобы не создавать ненужных проблем, Александр III тут же и отправил новоявленного лейтенанта в отставку.

Зато теперь он имел все законные права числиться пилотом на любом воздушном корабле.

Надо сказать, что поначалу подробности сражения и в особенности тот факт, что в нем непосредственное участие принял цесаревич, российские власти попытались засекретить. Однако, как это обычно и случается на Руси, вскоре выяснилось, что шила в мешке не утаить. Слишком уж много людей было задействовано в этой операции, да к тому же большинство из них было приватирами, с весьма своеобразными понятиями о сохранении военной тайны.

В общем, на героический экипаж «Ночной Птицы» и его бравого пилота-стажера Николая Романова в итоге обрушилась вполне заслуженная слава, а попытки утаить информацию лишь подливали масло в огонь и возбуждали всеобщее любопытство. Не миновала известность и техника-артефактора с кавказской фамилией.

Примененный им удачный ход ловкие газетчики даже окрестили «ударом Хаджиева», поясняя читателям, что только «оружие в руке» способно нанести урон другому одаренному.

У бортинженера даже появились последователи – люди Силы, принявшиеся с энтузиазмом осваивать новую методику боя. Ему писали письма, приглашали с лекциями в школы фехтования для обладающих Даром, да и просто искали знакомства, в том числе и многие молодые и экзальтированные барышни, зачастую присылавшие Ибрагиму не только письма, но и свои фотографии.