Я стану Императором. Книга VII

— Да я сомневаюсь, что в нашей Империи найдётся боевой Одарённый в полном рассвете сил, что сможет справиться с профессором Энгельсом.

Этим я вызвал у Альберта смех, а сам же снова подключился, подводя корабль к стыковочному шлюзу.

Управлять кораблём было легко и приятно. Он просто следовал моим указаниям, и выглядело это так, будто я рукой переставляю шахматную фигуру на доске. Одно удовольствие!

Я снова «вынырнул» в наш мир, где на связи был Дюрер.

— Стыковочный рукав подведён. Можете выходить.

Я встал и глянул на Альберта, задумчиво наклонился к микрофону и сказал:

— Адмирал, минутку, мы будем готовы.

Одна мысль пришла мне в голову.

— Проф, не хочешь попробовать? — кивнул я на кресло.

— А можно? — тут же восхитился Энгельс.

— Не только можно, но и нужно. Подозреваю, что если Серые приняли тебя, то ты так же сможешь им управлять.

— Это будет интересный опыт! — улыбнулся Энгельс и уселся в кресло.

Я стоял, ждал. Прошло две минуты... три... пять... После чего шлем поднялся и я увидел улыбающееся лицо Альберта.

— С детства хотел быть лётчиком, — улыбнулся он. — И у меня, кажется, получилось!!!

— Уверен, Проф?

— На сто процентов! Я смогу повторить всё то же самое, что и ты.

— Отлично! — кивнул я. — Тогда оставайся-ка ты на всякий случай на борту.

Альберт нахмурился.

— Думаешь, там могут быть проблемы?

— Нет, не думаю, — сказал я. — Но такое ценное сокровище, как этот корабль ни на секунду не должно оставаться без пилота.

— Понимаю, — сказал он. — Да и, собственно, я совсем не соскучился по твёрдой земле.

— Сарказм? — улыбнулся в ответ я.

— Есть немного, — добавил профессор. — С другой стороны, я почти всю свою жизнь провёл на бортах космических кораблей. Так что неделей больше, неделей меньше... Ты же пришлёшь ко мне смену?

— Непременно пришлю. Я думаю, Райли будет в восторге. Она тоже не зря пошла во флот.

Там, на выходе, меня уже ждали Райли, Тадаси и Хрум. Переминалась с ноги на ногу маленькая Ссарна.

— Можно я не пойду туда? — спросила Иотка.

— А что такое?

— Нечего мне там делать, — она была непривычно грустной.

— Что случилось, малышка? — ну не мог я на неё реагировать, как на семидесятилетнего опытного Ксеноса. Её размеры и поведение передавались мне, как эмоции ребёнка. Да и она тоже, в общем-то, против не была. — Деда больше нет! — всхлипнула малышка и, кажется, небольшая слеза появилась в уголке её зелёного глаза. — И из братиков я чувствую только Псата.

Я нахмурился. Повода не верить ей не было.