АирЪ. 1 том

Цвет волос мелкой явно указывал на обладание огненной стихией, однако вокруг неё постоянно витали округлые капли воды, предметы перелетали с места на место, а на морковное пюре или зелёный горошек ходячее стихийное бедствие реагировало зелёными, синими или чёрными искрами.

– Руфина, успокойся! – строго произносила в этот момент охранница и доставала из кармана музыкальную шкатулку, а из другого плитку шоколада.

Девочка тут же заземлялась и нехотя с закрытыми глазами поглощала ненавистную пищу, стараясь не жевать, а только потом смаковала лакомство.

Однако однажды у охранницы не оказалась шкатулки.

– Вот шоколадка, – произнесла женщина в форме.

– Хныыык! – раздалось вокруг, а дальше меня впечатало в стену, придавило столом, а последним воспоминанием до потери сознания была жёлтая вспышка и резкий подъём температуры.

Было бы обидно помереть из-за горошка. Причём вкусного.

Но такова жизнь.

Очнулся я в помещении, что проходило реставрацию после буйства осоки.

Сколько раз я вообще оказывался на этом диване?

– Что это было? – спросил я Лешего, что колдовал надо мной каким-то чудным светом.

– Это одна из Безумновых, – ответила вместо него Ова, которая сидела на подлокотнике около моих ног и грызла куриную шею. Интересно, она не смущается сосать кровь живой птицы при ребёнке?

– Мне это ничего не говорит, – произнёс я.

– Ну, тогда не парься. В стране семейка достаточно известная. Двое простолюдинов бракосочетались, а разгребает вся страна, – усмехнулся мой лекарь.

– А можно больше информации? И, кстати, мне обещали что-то за пробуждение осоки? Или от меня ранее пытались избавиться, оставляя наедине с растениями, чтобы что-то не дарить? – проворчал я.

– Безумновы – Дети Аркадия и Анастасии Безумновых. Их не так уж мало, но каждый родился с, на удивление, сильным даром. Поэтому государство не останавливает, а только стимулирует рождение следующих детей выплатами, поддержкой и сейчас уже титулом, – произнёс Леший.

– Только это ещё та проблема. Детишки рядом друг с другом становятся лишь сильнее.

– Почему? – не понял я.

– Они вкусные. Точнее: кровь, – усмехнулась многолетняя мелочь и заткнула себе пасть неощипанной курицей.

– Вы что, укусили бы ребёнка? – уточнил я и немного отодвинулся.

– Да кусала она уже, лет триста назад. Ты не поймёшь, если она приблизится, то Ова не сумеет себя контролировать.