Сам себе князь

Нику показалось, что Ломтев слегка изменился в лице, но ручаться за это он бы не стал. В конце концов, уже стемнело, а света звезд может быть недостаточно, чтобы считывать эмоции с лица призрака.

-Как это произошло? - спросил Ломтев.

-Э… я не знаю,. - сказал Ник. - А как это обычно происходит?

Его познания в российской истории были не сильно впечатляющими. Говоря по правде, он и об истории Великобритании мог бы сказать то же самое. Кому интересно, как оно сложилось так, как сложилось, если тебе в любом случае придется иметь дело уже с результатом?

-Так спроси британца, - сказал Ломтев.

Ник спросил.

Кларк совсем не удивился тому вопросу. Впрочем, вполне возможно, он утратил способность удивляться и вывести его из равновесия было крайне сложно.

Когда ты умираешь больше дюжины раз, это не может не отразиться на твоем мироощущении.

-После смерти императора Романова, к которой твой дед, как считается, приложил свою руку, в Российской Империи настилу смутные времена, - сказал Кларк.

-И это я знаю, - сказал Ломтев. - В то время я еще был здесь. Но Менщиков тогда считался если не мертвым, то пропавшим без вести.

-Где он сейчас? - поинтересовался Кларк, когда Ник озвучил ему вопрос. - В смысле, где твой дед сейчас сидит?

Ник показал.

Кларк повернул голову и посмотрел на пустое место.

-Насколько прямо я могу говорить?

-Максимально прямо, - сказал Ломтев. - Скажи ему, что у меня нет секретов от собственного внука.

С одной стороны, слышать такое Нику было лестно. С другой - он почему-то сомневался, что это правда. И если бы у него был выбор, он предпочел бы не вникать в то, кто там кого убил двадцать лет назад.

Жаль, что такого выбора у него не было, а от ответов на некоторые вопросы зависела и его собственная жизнь.

-Он говорит, у него нет секретов, - сказал Ник.

-Сильно сомневаюсь, - хмыкнул Кларк. - Но, как бы там ни было… Менщиков, и это как раз не секрет, присутствовал там, где произошло покушение на императора, и чтобы избежать урона, использовал свои способности и закрылся в темпоральном коконе, исключив себя из общего временного потока. Таким образом он стал неуязвим для любого оружия, но и сам повлиять на происходящее никак не мог.