Восхождение язычника

Да и племена, как и князья, хоть и братские, и вроде в одном союзе находятся, периодически воюют и налеты друг на друга устраивают. А союзов племен основных три. Поморяне, на территории которых мы живем. Лютичи — это второй конгломерат, и союз Ободритов третий, а еще и Руян на особице стоит.

Никакой централизации как таковой нет, хотя есть зачатки в виде главных городов культурных и духовных центров в каждом союзе свой.

Болото, как есть болото.

Так что нужна еще идея, которая сможет хоть как-то объединить людей, а не каждый сам по себе, та же вера, ее преобразование, в принципе, может это сделать.

Свой город заиметь как я думал, это тоже не просто и для этого нужны деньги и большие и сила. А после еще и людишек под свою руку окрестных взять чтобы казна пополнялась, дань или налоги, пошлины с торговли, неважно. А с землями под град, ну, силой можно выгрызть, желательно, чтобы там торговые пути пересекались, и будет он расти тогда. Если раньше по шапке не дают такому резвому.

Для людей требуется устроенный быт и еда, чтобы голодными не сидели. Что еще, безопасность, чтобы могли работать и жить и от каждой тени в леса не бежать, а это армия или хоть дружина, причем хорошо обученная и экипированная, а также верная. Вопрос здоровья, а точнее, медицины остро тоже стоит. Чтобы не выживал каждый второй ребенок, чтобы не умирали от простуды или еще чего зазря.

Вот когда все это будет, тогда и можно будет делать более серьезные дела и на что-то влиять, когда за моей спиной будет сила.

Расслышав шаги, я поднял голову, ко мне направлялся мой прадед Рознег, одетый в чистую рубаху, такую же, как у меня, за его поясом был нож, а сам он опирался на длинный посох.

Борода его была седа, а на голове красовался обруч из ткани с вышитыми оберегами от злых духов и иных напастей. Взгляд был весьма цепким и пронзительным, да, добрым и все понимающим дедушкой я бы его не назвал.

— Здравствуй, Яромир, — он присел на пенек возле меня.

Поднявшись, я ему поклонился:

— Здравствуй, дедушка, и благодарю за приют и заботу.

— А как о своем родиче не позаботиться? — он хитро и цепко на меня взглянул. А после продолжил: — Есть нам, что обсудить с тобой.

Я просто кивнул.