Восхождение язычника

— Лан, ты глаза прикрой и расслабься, что ли.

— Хорошо, — он прикрыл глаза, но его лицо было по-прежнему напряжено.

У Лана все лицо было заплывшее, в синяках — крепко ему досталось. Я начал аккуратно водить рукой и попытался направить поток силы в поврежденные ткани.

Постепенно опухлость спадала, а синяки рассасывались, это заняло порядка десяти минут. До конца лечить не стал, пациентов у меня сегодня, думаю, много будет, и наверняка на всех сил не хватит, надо аккуратней.

— Так, теперь давай руки. Да что ты делаешь? Просто кисти подними и ко мне протяни, — я начал так же работать с его разбитыми в кровь кулаками. На глазах, конечно, не затягивалась, но видно было по лицу Лана, какое он испытывает облегчение. Не останавливаясь на костяшках, я прошелся по всем рукам, включая предплечья.

— Теперь давайте вы. Гостивит, двигайся сюда, что разлегся? Плохо тебе, так мне тоже не очень-то и хорошо.

— Яромир, я так же, как и Лан, делаю, — в его голосе звучала обида, а Лан с Даленом начали хихикать.

— Вот так, ага, сиди, не ерзай только, — повторив процедуру, я занялся Даленом. Отпустив поток силы, я задумался. После применения способностей у меня начало нарастать легкое чувство усталости, но и парней старался лечить хорошо, хоть и не до конца, не сильно-то и экономил.

— Яромир, — отвлек меня от размышлений голос Далена.

Когда я повернулся к нему, он продолжил:

— А зачем тебе нужна была вчера общая драка?

Парни на меня внимательно смотрели, ожидая ответа.

— Ну-с, во-первых, я вчера поломал Иловая.

— И что? — здесь вопрос прилетел уже от Гостивита.

— Так поломал я его не во время драки, а уже после, когда он лежал и даже встать не мог.

— Тоже мне невидаль, — влез неугомонный Дален. А вот Гостивит после моих слов немного скривился: не по нраву. От Лана мне достался весьма задумчивый взгляд.

— Это не каждому по нраву придётся. Вот Гостивиту это не понравилось, да и другим тоже может не понравиться.