Книга первая. Опала на поводке

– Я не согласна, Суга-сенсей! – громко и решительно выразила протест Цурума, – Он… он…

– Что – я? Цурума-сан… – очень едко и зло заметил прижавшийся к подоконнику англичанин, – Я орал на весь класс как угорелый? Вышиб сознание из старосты как раз тогда, когда в ней была острая нужда? Или, может быть, я притворился добрым товарищем и хорошим другом для того, чтобы внезапно напасть в темном углу на одноклассника и, оглашая воздух кри…

– Хватит! – шлепнул рукой по парте директор, заставляя сидящую за ней девушку испуганно пискнуть, – Мы уже все обсудили.

Класс затих. В тишине лишь слышалось тяжелое дыхание Цурумы и шорох, с которым англичанин безуспешно пытался привести себя в порядок.

– Первое… – желтоволосый японец средних лет как-то мигом превратился в Настоящего Директора с Хмурым Видом, – Эмберхарту-куну выносится порицание… за неосторожность. Устное. Так же я вменяю ему в обязанность – быть помощником Йошинари-сенсея… учитывая, что занятий по боевой подготовке в Якусейсшо будет теперь в два раза больше! Если иностранные студенты и мои преподаватели в один голос утверждают, что японцы знают преступно мало об оружии, я склонен им верить! Цуруме-сан выносится благодарность за самоотверженную защиту одноклассников от опасности!

– …хоть и вымышленной… – угрюмо пробурчал Эмберхарт, собирая на себе злые взгляды теперь уже всех присутствующих.

Инамори испуганно икнула, увидев, как учитель по боевой подготовке перехватил прыгнувшую с кулаками на англичанина Цуруму, и приняла мудрое решение – сначала она расспросит как следует Кёйке, а потом решит, что говорить его родителям.

* * *

– Держи еще конфетку, – сунул я толстенький полумягкий квадратик в загребущие лапки Рейко. Та счастливо зажмурилась, развернула бумажку и пихнула конфету в рот, продолжая медленно, но сосредоточенно жевать.

Тихий ранний вечер в парке Якусейсшо действительно хорошо лечил нервы. Я сидел на скамейке и курил, отгоняя дым подальше аурой. Рядом сидела чрезвычайно довольная Иеками Рейко, которая наслаждалась жизнью по-своему. Надо будет обязательно отблагодарить Распутина – тот посоветовал чрезвычайно вкусные конфеты, правда, посетовав на один минус – они жутко липли к зубам.