Богоборцы 4

Однако нашему веселью помешали.

— Виктор, могу я попросить отпустить артиста? — голос, раздавшийся у меня за спиной, заставил остальных заткнуться, столько уверенности и силы в нём звучало.

— Попросить можно, — я повернулся к новому действующему лицу. — У нас свободная страна, можно делать что хочешь. Другой вопрос, прислушаются ли к твоей просьбе.

— Тогда пожалуйста, — высокий, крепкий мужчина с ярко-красными волосами и глазами чуть улыбнулся мне, не меняя вежливого выражения лица. — Я отвечаю за обеспечение безопасности данного мероприятия и мне не хотелось бы с тобой ссориться.

— Представляю, что она там сочинила. — Я ухмыльнулся и отпустил папуаса. — Не верьте, это всё неправда. Я не такой.

— Сомневаюсь, — рассмеялся мужик, протягивая мне руку. — Любомир. Дядя Катерины.

— Меня вы знаете, — я пожал её, — это Алёна, моя девушка.

— Очень приятно, — Милорадович элегантно поцеловал руку зардевшейся Алёнке. — И приношу свои искренние извинения за этот досадный инцидент.

— Или, точнее, паяцы вообразили себя хозяевами жизни, — если начальник охраны был обязан быть корректным по отношению к объекту охраны, я мог выражаться, не выбирая слова. — А раньше их в города не пускали.

— И за кладбищем хоронили, — кивнул Любомир. — Но из соображений служебной этики я не могу обсуждать нанимателей.

— Да вы тут оху… кх-кх-кх, — в этот момент в себя пришёл певец ртом, завопивший фальцетом, но закашлявшийся из-за сжатого горла.

— Покойник, если не заткнёшь хлебало, — рыкнул я, снова зыркнув на папуаса, отчего тот снова хлопнулся на задницу. — Как вы с этим дерьмом работаете, не представляю.

— Опыт, мой друг, большой жизненный опыт, — рассмеялся Милорадович. — Но в целом я с тобой согласен. Ничего, что я на ты?

— Да, пожалуйста, — не стал чиниться я. — Всё же я младше, так что на отчество не претендую.

— Да я тоже не старый, — рассмеялся Милорадович.

— Договорились. Мне тоже интересно померяться силами со знаменитыми Милорадовичами. Катя не в счёт, она девушка всё-таки. — Мы хлопнули ладонями. — Ладно, не будем мешать. Пойдём в зал, а то что-то эти так называемые звёзды неадекватные какие-то.

— Да что вы себе позволяете?! — вновь ожил папуас Алебарда.