Из грязи в князи

Света в моей камере было мало, но зато стремления и упорства с головой. Минут десять я ковырял, хрустел костью... Получилось!

Тяжелые железные кандалы раскрылись, повисли на цепи. А я встал, выпрямился во весь рост. Размялся. Обратил внимание, что рана на плече была в хорошем состоянии и почти не беспокоила. Черт, чем же Эстер меня подлатала?

Однако, как бы я не радовался, но я все еще был в запертой камере, в карцере, откуда живыми выходят только для того, чтобы перейти в «Дом Боли».

Подошел к двери, дернул ее.

Тяжелая, массивная. Ее только взорвать можно, да и то еще постараться надо. Как ее открыть изнутри? Да никак! Повторить фокус и прошерстить мозги тюремщика на предмет способа открытия?

Взял тарелку с пола, начал греметь ей, чтобы привлечь тюремщика. Честно говоря, пока плохо представлял, чем это для меня может обернуться, но разве у меня есть выбор?

Еще неизвестно, через сколько явится Рид, чтобы продолжить надо мной свои эксперименты. И что-то мне подсказывало, что если это случится, мне точно не поздоровится.

В коридоре послышались торопливые шаги. Несколько секунд и в открывшемся окошке показалась перекошенная от злости морда незнакомого тюремщика.

- Шуметь вздумал?!

- Еда дерьмо! – я специально отошел обратно к стене, сунул руку в кандалы, чтобы не вызывать подозрений.

- Здесь у всех один рацион! Сиди и не вякай! – он уже собирался захлопнуть окошко, но я поторопился окликнуть его.

- Эй, подожди! Командор Рид велел Йордину накормить и напоить меня! А вы дали тухлое дерьмо! За такое он с вас три шкуры спустит! Тебе оно надо?

- Умный, да? – прорычал тюремщик.

– Вот сейчас я тебе мозги в кучу соберу!

Он потянулся к засову, сдвинул его в сторону. Толкнул дверь ногой, затем медленно, с ленцой вошел внутрь. Рука потянулась к пруту, висящему на поясе... По его злобному оскалу было понятно, что ничего хорошего от него ждать не стоит!

- Нам не разрешают бить заключенных, без особой на то причины! Но..

. Это же так приятно, смотреть на мучения! – он оскалился, подошел еще ближе. А я вжавшись в стену, старательно симулировал дрожь от страха.

Моральный урод сделал еще шаг и наступив на брошенное мной мясо, вдруг поскользнулся и потеряв равновесие, с громким шлепком грохнулся на пол. Мгновенно среагировав, я подпрыгнул словно пружина, качнулся к нему и ударил тяжелыми кандалами в голову.

Тюремщик охнул, плашмя повалился на пол, ударившись носом о камни.