Из грязи в князи

- Макс, ты спрашивал кто я? – не переставая улыбаться, ответила она.

- Ну да...

- Это моя дочь! – спокойно ответил Реддок, приобняв подошедшую девушку и поцеловав ее в лоб.

От услышанного, я потерял дар речи. Дочь? Вот, значит, как?

- Чего ж ты раньше не сказала? – глухо пробормотал я, удивленно хлопая глазами. Кажется, у меня на лице сама собой проявилась глуповатая улыбка. Я чувствовал себя не в своей тарелке еще и потому, что помимо самого графа здесь были и другие аристократы. И личная охрана. Неудобно получилось.

- Давай не будем о скучном? – спокойно ответила Эстер вопросом на вопрос. – Гораздо любопытнее другое. Ты сам того не желая, спас моего младшего брата. Он всегда был сумасбродным, но чтобы убежать из частично осажденного города, чтобы развлечься... Такой поступок даже для него безумный. Он уже рассказал, что ваше вмешательство. Я рада, что не ошиблась в тебе.

- Даже не знаю, что ответить, – я чувствовал себя не в своей тарелке. Готовился выслушивать от графа благодарности, а тут.

- Ничего говорить не надо. Проходи, – вкрадчиво произнес граф, указывая расположенную в глубине комнаты зону отдыха. – Эстер рассказала мне о твоей проблеме. Я слышал, что у тебя забрали сестру?

- Да, верно, – сглотнув, с трудом произнес я. - Это был ночной рейд вербовщиков.

- Ясно, – он опустился в соседнее кресло. Постучал пальцами по подлокотнику. – Я такого еще никому не говорил, но ты оказал мне наиценнейшую услугу, поэтому... В благодарность, могу оказать тебе содействие в решении твоего вопроса.

Пожалуй, это была лучшая новость, которую я услышал за всю прошедшую неделю. От осознания того, что мой вопрос будет решаться на столь высоком уровне, даже в груди где-то потеплело, отчего я вновь почувствовал себя тем самым парнем, который был до событий той страшной ночи. Наверняка, это отразилось у меня на лице, потому что граф усмехнулся.

- Я буду очень благодарен вам, – вырвалось у меня.

- Не стоит, – сухо ответил тот. – Честно говоря, я тоже не поддерживаю эти рейды вербовщиков. Но это часть системы, которую утвердил Герцог и с этим ничего нельзя поделать. Мы контролируем рост населения, к тому же дети, которым не повезло – умирают безболезненно. Таковы реалии нашего мира.