Самозванец из Гессена

- Мне паренёк тоже приглянулся, но если это опытный враг, то по-другому быть и не могло. Умеет втираться в доверие и манипулировать людьми.

- Осмелюсь поспорить! Будь то лазутчик, то не стал бы так светить себя перед нашей службой. Получил бы Младшего Магистра и потихонечку начал строить карьерную лестницу.

- Согласен. Очередная странность. Ты приглядывай за ним хорошенько. Всё, что нароешь, сразу мне на стол. Что по Достоевским?

- Нормально. Возвращение в жизнь столичного “террариума” не форсируем, но сдвиги есть.

Три-четыре месяца, и графиня с дочками смогут спокойно ходить не только по улицам, но и на великосветские мероприятия.

- Тоже отслеживай каждый шаг. Император Александр лично следит за этим семейством. Вань, - вздохнув, признался генерал СБ, - что-то намечается на самой верхушке. Что-то такое важное и поганое, что даже мне, своему троюродному кузену, Александр Годунов не говорит. А ведь мы с ним в приятельских отношениях, насколько подобное возможно с такой серьёзной фигурой.

********

Имение Бугурских.

- Кешенька! Проходи! - ласково улыбнулась графиня Елизавета Марковна Бугурская, приглашая к столу высокого, подтянутого мужчину лет тридцати пяти. - Как раз к чаю поспел!

Несмотря на приветливость и несерьёзный вид дурочки, граф Иннокентий Ильич Бугурский, младший брат погибшего Григория Бугурского, расслабляться не стал при виде этой суки Лизки.

Он, как никто другой, знал, что за всем этим жеманством и несерьёзной внешностью скрывается настоящая тварь.

Расчётливая, жестокая и беспринципная. Ради достижения своих целей Елизавета одинаково свободно могла работать и “передком” в постели, и остро заточенной сталью вспороть горло конкурента.

- Что-то ты совсем исхудал, Кеша, - продолжила графиня. - Неужто в Гессене так плохо кормят?

- Кормят хорошо. И не только едой, но и информацией. Как говорится, были бы деньги, а мы, слава богу, не нуждаемся. Единственное, никаких интересных вестей не привёз - контакты брата на связь не вышли.

А вот барончик Гольц засветился в Гессене, но, как я и предполагал, абсолютно никчёмный человечишка. Безземельный нищеброд. Зря только прокатился.

- Грустно слышать такие выводы, Кеша, - отхлебнула из чашки Елизавета, на миг перестав играть.

Но и этого мгновения хватило, чтобы мужчина зябко поёжился, увидев истинную сущность этой по-своему красивой, но очень жестокой молодой женщины.

- Вот, - протянула она несколько листков бумаги.