Самозванец из Гессена

Несколько раз пытался выяснить дальнейшие планы графини, но она загадочно отмалчивалась, лишь намекнув, что форсировать события не будет, пока не почувствует твёрдую почву под ногами.

На нормальном людском языке это означало, что начинаются интриги и прочая подковёрная возня. Я, ещё будучи Безумным Генералом, старался держаться от подобного на расстоянии, поэтому быстренько отстал с расспросами, пока меня самого не втянули в дворцовые игрища.Хотя… Наверное, тогда это была моя главная ошибка. Если бы я был чуть ближе к власти, а не только пропадал на передовой, сражаясь с Кочующими Мирами, то мог быть услышан, и трагедии в родном мире не произошло.

А так и его не стало, и меня тоже.

Весь день мы с Анной посвятили тренировкам под неусыпным контролем Юлии. Вымотала Полный Магистр основательно, прежде чем сама не успокоилась и нас не успокоила, заявив, что даже со связанными руками получим ранг Младшего Мастера.

Немного отдохнув и основательно перекусив, просто не знал, чем себя занять.

Изнывая от скуки, пошёл в гараж, где Глашка приводила в порядок драндулет Достоевских. Ругаясь последними словами, она приделывала к нему задний бампер. Одному такое провернуть сложно, поэтому для разнообразия служанка не послала меня, а приняла помощь.

И вот тут вовсю развернулся коротколапый сердцеед Такс, решив во что бы ни стало покорить симбиотку. Не знаю, отчего он воспылал к ней неожиданной страстью, но вертелся у неё под ногами не прекращая.

Пару раз даже получил увесистые пинки, но, отлетев на несколько метров, как ни в чём не бывало материализовывался в точке своего начального полёта и… Блин! Да он, кажется, стихи читает! С гаечным ключом в зубах слов не разобрать, но это точно стихи!

Уже за полночь мы привели машину в божеский вид.

И ещё раз критически оглядев дело рук и лап своих, поняли, что большего сделать не сможем.

С чувством исполненного долга я прошёл в свою спальню. Задвинул засов на двери, проверил решётки на окнах и отключился.

Снилась мне Аня… В очень откровенном наряде, состоящем из одних солнцезащитных очков. Вот она снимает и их, подмигивает, облизывая кончиком языка пухлые губки, и манит к себе. Подхожу вплотную, обнимаю, и Анна неожиданно говорит голосом Такса.

- Да просыпайся же ты!

Пытаюсь отогнать это наваждение и вытягиваю губы трубочкой для поцелуя.

- Только попробуй, извращенец! - рычит она, больно залепив пощёчину.