Самозванец из Гессена

- Так и живём… Хватит ржать! Быстро собираем всё самое ценное и сваливаем! Мама там уже испереживалась, наверное!

Улов оказался неплох. Почти двести рублей и два драндулета, по оценке Глашки могущие потянуть при продаже ещё рубликов на пятьсот-шестьсот.

Когда наш кортеж въехал в ворота особняка, Юлия Петровна натурально схватилась за сердце, правильно поняв, что мы это не в лотерею выиграли.

Услышав обстоятельный пересказ интересного дня, она постепенно успокоилась и даже похвалила за проявленную находчивость.

Узнав, что меня хотят завербовать Чистильщики, сразу же сказала, чтобы не вздумал рыпаться. Не в штрафную роту запихнут, конечно, но в тылу кандидатам на гражданство отсиживаться не дают.

Я же хоть и странный парень, но, к сожалению, единственный человек в окружении Достоевских. Поэтому мной она жертвовать не собирается и поможет финансово.

- Смотри сам, Максим, - начала она подробно объяснять свою позицию. - Печать ты получишь легко: достаточно одного звонка боевым товарищам моего покойного мужа.

Далее, если готов потратить пару лет и много сил, то устрою тебя в Военное Училище. Выйдешь в чине унтер-офицера. Не бог весть какое звание, но зато будешь служить в императорских войсках, а не в этой разномастной банде Чистильщиков. Шансы остаться в живых возрастут сильно.

- Без гражданства туда не возьмут, - возразил я.

- Поэтому я и дам денег на “Гражданский билет”. Ускорить положительное решение по тебе тоже сумею. Пятилетний контракт после учёбы отмотаешь где-нибудь на Урале.

Там Дыр много развелось. А потом вернёшься в Петербург, и все дороги будут для тебя открыты.

- Нет. Это долго. Было бы лучше два года Чистильщиком, а потом уже можно и в Военное Училище, чтобы выйти из него участником боевых действий, имеющим право выбирать место службы.

- Убьют.

- Тогда я приду ночью призраком, чтобы вы, Юлия Петровна…

- Перестань уже! - возмутилась она. - Договорились же, что среди своих без расшаркиваний!

- Уговорила, Юля.

Значит, припрусь к тебе призраком, чтобы услышать сакраментальную фразу: “А я тебе говорила!”. Обещаю сделать виноватый вид.

- Дурень ты, Максимка! Мой муж был таким же лихим, как и ты... Делай что хочешь: всё равно не переубедить. Но на мою поддержку можешь смело рассчитывать. Мы хоть и бедны, но, повторюсь, не последними людьми были.

- Кстати, насчёт бедности! Если ещё несколько налётчиков оприходуем, то хорошо подняться на добыче сможем.