Стиратель

Один из мальчиков успевает выставить щит, другой пытается отпрыгнуть в сторону, но неудачно – дротик цепляет его плечо. Выныриваю в реальность – одежда жертвы цела, ран нет, но пострадавший выглядит слегка контуженным, и кровь хлещет из носа. Его подхватывают под руки и вытаскивают из аудитории.

– Это Эдгар, внук графа Нагеля, – шепчет мне Кир, показывая на красавчика. – С ним... предпочитают не связываться. Он же может не только учебные заклинанья использовать. Вообще это запрещено, но он знает, что ничего ему не будет.

– А подкараулить в уголке и устроить темную? Он что, настолько силен?

– Да какое! Самые простые щиты проваливает. Но ведь тогда вмешается его дед...

До конца лекции графский внук и его приятели развлекаются по полной программе: то перед заучкой с первого ряда вспыхивает учебник, то платье на какой-то девочке становится вдруг прозрачным. Лектор старательно игнорирует эти выходки и бубнит свою псевдонаучную ерунду, не заботясь, слышно ли его хотя бы в середине аудитории.

Мысли о карьере преподавателя перестают играть радужными красками. Похоже, управиться с это шоблой будет не проще, чем со стаей павианов... Но должны же среди студентов найтись и те, кто действительно хочет учиться?

Торжественный прием должен уже начаться. Кир вызывается меня проводить. Однако по пути нас перехватывает Арне и умоляюще смотрит на меня – уже обоими глазами. За день до отъезда в Академию после нашего сеанса хрусталик очистился настолько, что Арне смог плохо, смутно, через головные боли, но все же видеть.

Арне набрасывает «тишину в библиотеке» едва ли не раньше, чем я успеваю прикрыть дверь в свою комнату. У него даже пот на висках выступает – так он старается вложить в заклинание как можно больше сил – ведь эти же силы будут направлены на его исцеление.

В первый раз мне показалось, что работы передо мной прорва, но с каждым сеансом очищение хрусталика шло все быстрее: и я стал действовать увереннее, и организм пациента адаптировался к этому воздействию. Неожиданно для меня самого работу удается завершить за какой-то час. Напоследок моделирую роговицу здорового глаза – исправляю врожденную близорукость. Выныриваю.