По головам - 4

Тем не менее, копьё всё же задело самый край капюшона, откинуло его и полностью обнажило голый череп с торчащими из него длинными пепельными волосами, которые рассыпались по плечам и начали слабо развеваться.

— Ну что за ребячество! — пророкотало со всех сторон глухо, как надвигающееся землетрясение. И эти слова услышало бы каждое разумное существо, оказавшееся поблизости — звуку было плевать, что вокруг вакуум, он нашёл бы прямую дорогу сразу в мозг.

Амазонка облокотилась на копьё и улыбнулась ярко-алыми, будто выкрашенными свежей кровью, губами.

— Салют, кусок тухлятины! Тоже рада тебя видеть. И, поверь, тут никакого ребячества. Просто всегда хотела узнать, какой ты под капюшоном.

Внутри глазниц черепа угрожающе полыхнуло алым.

— Узнала?

— Узнала. У тебя, оказывается, есть волосы!

Фигура в балахоне угрожающе шагнула вперёд, но девушка звонко рассмеялась и отскочила в сторону.

— Ну и что за ребячество, а, костлявый?

— Не беси. Я знаю больше пяти миллионов способов умерщвления.

— Ой, напугал.

— Я способен их испытывать!

— Конечно, конечно... Вот только — чем?..

— Тем же, чем и ты!

Живой мертвец сделал ещё один шаг вперёд. Амазонка звонко рассмеялась и вновь легко отскочила в сторону. Далеко не ушла — оставаясь в опасной близости от своего собеседника, она вонзила копьё в лёд и крутанулась вокруг него — так, будто это шест для срамных танцев. После, будто одного этого ей показалось мало, она наклонила древко вперёд, зажала его между бёдер, и сделала несколько характерных возвратно-поступательных движений.

— Ну и как, дохлый? Я тебя возбуждаю? Шевелится что-нибудь? Появились эмоции? Ты реально способен чувствовать? Интересно бы посмотреть, что у тебя не только под капюшоном, а и ниже тоже... Там ведь одни голые кости, да?

Существо в балахоне вновь шагнуло вперёд и, когда девушка со смехом отскочила в сторону, вдруг исчезло. Чтобы появиться прямо за её спиной. Одна из костлявых рук сжимала теперь серп, остриё которого касалось обнажённой шеи красотки, другая держала её за волосы.

— Больше пяти миллионов способов. Это один из них. Мой любимый.

Амазонка откинула голову назад, на плечо своего то ли соперника, то ли соратника, прижалась к нему спиной, поелозила бёдрами и томно прошептала:

— А ты хорош, малыш! Знаешь, как возбудить девушку!

Пустые глазницы черепа вновь полыхнули алым, амазонка же подалась вперёд, провела язычком по лезвию серпа и вновь томно выдохнула.