Дайте шанс! Том 1 и Том 2

На одежде висят ошметки или следы от соусов, салатов и остального, что здесь подавали.

Пробежав по лицам, останавливаюсь на Волгиной.

– Ну, что, невеста, теперь ты меня уважаешь? Ты хотела, чтобы я опустился до уровня животного и избил другое животное. Это, по-твоему, достойно уважения? Получай. Любуйся. Как, нравится? По мне – мерзость.

С Волгиной закончили, теперь именинник. Иначе некрасиво получится. Пришел к нему на день рождения и ничего не сказал.

Предпочтя трусливо остаться в стороне, Скориков стоит с Илоной и еще двумя приятелями за спинами толпы, едва ли не в углу.

– Скориков, мои поздравления по случаю твоего совершеннолетия. Как-то у тебя тухленько. Люди любят зрелищ. Теперь все точно не забудут твой праздник. Не благодари. Это был мой подарок. Ну, а мне пора. Заглянул чисто поздравить.

Все, теперь точно все. Больше мне здесь делать нечего. Разворачиваюсь и отправляюсь на выход.

Вовремя мы с Тарасовым закончили. Появляется охрана клуба. В банкетный зал вваливается толпа крепких мужчин разного возраста.

Это не «Черная Ворона», куда я отправился инкогнито. В «Парадайзе» охрана знает, что к гостям так просто не подойти. За каждым вторым серьезная семья, род, клан. Дерзни и отхватишь по полной. Охранники спрашивают у меня, что случилось, чем мне могут помочь. Киваю за спину, показываю идти помогать Тарасову.

Покидаю банкетный зал, спускаюсь по лестнице, в холле ускоряю шаг. Встречающиеся на пути люди расступаются.

На душе противно, чувствую себе гадостью. Не люблю становиться подобием животного. Терпеть не могу драки и вообще не люблю бить людей. Разве что в пылу, когда сильно злюсь. Когда нельзя избежать рукоприкладства. В то же время люблю победы. Очень жаль, что быть достойным хотя бы чуточки уважения как в моем мире, так и в этом означает побеждать физически. Почему-то за слабость принимают не только слабость как таковую, но и банальное нежелание доставлять боль другому.

Именно таким был настоящий Андрей. Так же как для меня раньше, причинить боль другому для него было проблемой. Стоял психологический барьер. Вот только я смог преодолеть свой барьер, а он… Наверное, когда-нибудь тоже бы смог. Но я появился в нем раньше.

Глава 23

В машине один лишь водитель Федор. Парень с перекошенным лицом оборачивается и смотрит на меня.