Граф Лазарев. Том I

— Акции — это то, что обеспечит вам прекрасное будущее! — объяснил я. Как ни странно, в этом мире, где даже паровозы уже изобрели, до идеи акций никто до сих пор не додумался. — Платите сейчас, получаете вот эту замечательную бумажку, — я помахал замечательной бумажкой в воздухе, — и часть дохода шахты становится вашей.

— Так дохода еще нет, — удивился кто-то. — Как же можно продать то, чего нет?

Пф, легко, я всю прошлую жизнь этим занимался.

— В этом и суть! Да, сейчас дохода нет, но, когда он будет, а он непременно будет, вы получите больше, чем вложили.

Намного больше! Согласитесь, выгодно пожертвовать малым сейчас, чтобы потом получить большую прибыль.

Мой уверенный вид и красивые картинки на акциях сработали. Помедлив немного, аристократы потянулись за покупками.

Я ликовал. Такими темпами мы здесь получим тысяч двадцать, а то и больше. А ведь прошла всего неделя от назначенного срока. Правда, оставалась маленькая проблема: я абсолютно не представлял, осталось ли в шахте золото и сколько она может приносить.

Остается надеяться на удачу. Ну и на мое умение красиво врать, если шахта окажется пшиком и все эти милые люди однажды явятся на порог моей усадьбы очень разозленными.

В специально подготовленный для этого сундучок падали золотые. Точнее, в основном расписки, поскольку горы золота дворяне с собой не носили.

— Покупайте, покупайте акции! — подначивал я, стараясь втюхать каждому побольше. — Вложите немного сейчас, и уже через месяц получите больше в пять, нет, в шесть раз!

— Через месяц твою усадьбу отберут за долги, — раздался ехидный голос.

Я резко обернулся. В зал входил тот самый барончик, который задирал меня на приеме у Жмурло. Которого я, вообще-то, не приглашал.

Зато под руку с ним шествовал человек, приглашение получивший.

— Барон Евгений Яковлев и баронесса Дарья Турчанинова! — объявил лакей.

Так она теперь вот с этим?! Теперь понятно, почему Яковлев решил докопаться до меня на ровном месте, его мучала ревность.

Со всей этой беготней с шахтой я почти забыл про рыжую, но теперь возмущению моему не было предела. Из принципа отобью ее у этого полудурка!

Хорошо, что поток желающих приобрести акции как раз иссяк. Я насобирал почти двадцать пять тысяч, четверть нужной суммы. Неплохо.

Я повернулся к барончику и небрежно проговорил:

— О, я вижу, вы воспользовались высоким положением своей дамы. Иначе как объяснить, что явились сюда без приглашения?

Яковлев побагровел.