Граф Лазарев. Том I

Нет, три яблока!

— Граф теперь будет ненавидеть вас до конца своих дней, — поделился оригинальной мыслью конь.

— Ничего, переживет. Главное, что у нас будут работники.

Сделав круг, мы триумфально вернулись назад. Мой соперник уже поднялся с земли и, как только я спешился, бросился ко мне чуть ли не с кулаками.

— Это жульничество! Твой конь лягнул моего!

Я вздохнул и развел руками.

— Я тоже сожалею об этом досадном инциденте. Кто же мог знать, что так выйдет! Но пари есть пари, я пришел к финишу первым, и гномы теперь мои.

— Я требую отменить результаты пари, ты подговорил коня! Я видел, как ты о чем-то с ним шептался!

— Подговорил коня? — Я сделал больше глаза. — Позвольте, да как же можно подговорить коня?! Еще скажите, что он разумный и понимает человеческую речь. И вообще, это ваш конь напал на нашего, он первый начал! Инцитат всего лишь защищался!

Жмурло бешено вращал глазами. Казалось, он вот-вот ринется в драку.

— Право, граф, — вступилась за меня счастливая обладательница трех мужей.

Граф сжал кулаки так, что костяшки пальцев побелели. Медленно обвел взглядом собравшихся.

Хоть победа была не то чтобы очень честной, все здесь, похоже, были за меня. Граф настолько достал всех своим дурным характером, что местное дворянство было радо любому поводу его унизить.

Поняв, что проиграл, граф коротко приказал слуге:

— Приведи коротышек.

Через десять минут слуга вернулся вместе с ватагой гномов, возглавлял которую все тот же бородач, которого я заметил на обеде.

— Убирайтесь отсюда, — приказал Жмурло. — Даю час на сборы, и чтоб духу вашего здесь не было. Теперь ваш хозяин — он.

Гном взглянул на меня исподлобья. Я, улыбаясь, протянул гному руку и громко объявил:

— Отныне у вас больше нет хозяина. Вы свободны! Но поедете со мной, я хочу сделать вам выгодное предложение, — быстро проговорил я гному на ухо, пожимая мозолистую ладонь.

— За час мы не успеем, — недовольно пробурчал главный гном.

— Хорошо, два часа, — процедил Жмурло сквозь зубы. — Иван, возьми пару слуг и проводи господ Лазаревых и господина Швотенберца. А то вдруг они сами не доберутся.

Иван, шкаф под два метра ростом, зыркнул на меня так, что у меня не осталось сомнений: последняя фраза явно означала, что было бы неплохо, чтобы господа Лазаревы что-нибудь сломали себе по дороге.