Граф Лазарев. Том I

— Ах, граф, прошу меня простить, — извинился незнакомец без капли раскаяния в голосе.

Я оглядел паренька. Морда наглая, нацепил на себя явно единственный парадный костюм, которым очень гордится. В другой ситуации я бы, пожалуй, вызвал идиота на дуэль, но сейчас я занят. Наладить работу шахты важнее, чем щелкнуть по носу какого-то юнца.

— Прощаю, — великодушно разрешил я. — На первый раз.

Нахал, похоже, растерялся от такого миролюбия. Но вино явно ударило идиоту в голову.

— Ну разумеется, граф.

Я мысленно заскрежетал зубами. Маленький дебил нарывается, а для меня это сейчас совсем не вовремя. Я, конечно, люблю дуэли и все такое, но больше всего на свете люблю деньги и ничему не позволю встать между мной и моими любимыми. Устроим дуэль, и хозяин дома разозлится за испорченный вечер и будет не расположен со мной разговаривать. А поговорить с ним мне очень надо.

Дракона я вызвать не могу, а вот саламандру... Были такие зверюшки в моем родном мире. Безобидные, но чрезвычайно впечатляюще плюющиеся огнем, когда пугались, а пугались они примерно всегда. Ну как плюющиеся, если уж быть честным, они им пукали. Не далеко и не сильно, но эффектно. Я быстро огляделся, не видит ли нас кто, и очаровательно улыбнулся.

— Конечно же, ношу.

Жестом фокусника опустил руку в карман, призвал Дар и вытащил зверушку, чувствуя, как она обжигает мне руку.

Офигевшая саламандра, которую неведомая сила только что вытащила из родной расщелины и перенесла непонятно куда, повернулась к врагу задницей и произвела залп. На жилетке наглеца образовалось горелое пятно. Тот круглыми глазами посмотрел сначала на саламандру, потом на себя и икнул.

Я оставил идиота наедине с его переживаниями и прошел в гостиную, где уже пили кофе. Зверушка уже исчезла: живые существа пропадали быстрее всего, призвать их дольше, чем на минуту, у меня никогда не получалось.

Меня с интересом разглядывал граф Покровский, тот самый сын могущественного и немощного отца. Судя по удивлённому виду, парень видел мой фокус. Вот черт! Ладно, об этом я подумаю после.

Мне повезло, хозяин усадьбы как раз скучал в одиночестве. Очевидно, дань вежливости все уже отдали, а разговаривать с этим прекрасным человеком дольше необходимого никому не хотелось.