Граф Лазарев. Том I

Знали бы вы, как обычные лошади относятся к тем, кто умнее их.

Я понимающе кивнул. Что-что, а это я знал не понаслышке.

— Но почему я слышу тебя, а другие нет?

Конь преступил с ноги на ногу. Очевидно, на лошадином языке жестов это означало пожатие плечами.

— Не знаю. Может быть, вы особенный.

О да, тут он прав. Уж я особенный так особенный.

— А как тебя зовут-то? — запоздало спросил я.

— Инцитат, — с достоинством представился конь. — А вас?

— Вик, — представился я. Никаких Викторов.

— Мне здесь так одиноко, — пожаловался Инцитат.

— Чувствую себя временами пришельцем из другого мира, честное слово.

Да этот конь — прямо моя родственная душа! Ну хоть кто-то. Надо спросить у Игоря, говорящие лошади — это тоже нормально для моего нового мира?

Я внезапно понял, что, когда я произносил последнюю фразу, губы мои не двигались. Да и голос Инцитата звучит прямо в голове, а не попадает туда нормальным способом через уши. Телепатическая связь с лошадью, всегда мечтал!

— И давно ты такой?

— С рождения.

Так что там с яблоком? — напомнил Инцитат. Уши у него при этом возбужденно дернулись.

Я оглядел конюшню на предмет лакомства для своего нового друга. Яблока не нашел, зато нашел морковку, которая тут же исчезла с благодарным хрустом. Говорящий или нет, покушать конь любил вполне как обычная лошадь. Надо будет сделать что-нибудь с этим чудом природы, не в конюшне же ему стоять с такими талантами. Но потом, попозже.

— Вот что, Инцитат, — решил я. — Я обязательно вернусь к тебе, и мы еще поговорим.

И принесу яблоко. А пока прости, меня ждут срочные дела.

— До свидания, милостивый государь, — вежливо попрощался конь.

Я вышел из конюшни, тщетно пытаясь собрать расползающиеся мысли. От этого дурдома голова кругом. Ладно, прежде всего надо выяснить самый важный вопрос. Что еще я могу вытаскивать из воздуха в этом мире, кроме роялей?

Я поднялся в свои покои, игнорируя сунувшихся ко мне слуг, запер дверь и уселся у стены. Принял позу лотоса, зажмурился. Разумеется, все это необязательно, в родном мире я мог пользоваться Даром хоть на бегу, хоть с похмелья, хоть стоя на голове.

Вот только я не в родном мире. Потянулся мыслью сквозь ткань пространства, нащупывая то, что мне нужно. И не нащупал. Ничего не произошло.

Я попробовал еще раз. Протянул руку, сконцентрировался. Пальцы зачерпнули пустоту. Пространство этого мира не поддавалось мне. Но на дереве у меня же получилось! Получилось! Правда, я сам не понял, как я это сделал.