На зов шторма

До этого улыбающийся Фраус посерьёзнел, задумчиво почесал подбородок, бросив взгляд на горизонт.

– Вот тут я пока что теряюсь в догадках. Если судить по косвенным признакам, то я бы сказал, что он умер раньше. А старшие либо решили этим воспользоваться, либо вообще не брали его в расчёт изначально. Сложно сказать.

— Но как вообще бог может умереть?! – сама мысль об этом не помещалась в голове.

— Нет ничего невозможного, — хмыкнул бог обмана.

— И ты не боишься? – не то чтобы я действительно беспокоился о здоровье бога, но как-то… всё рано что-то внутри сыграло от вероятности того, что этого улыбчивого толстяка могут банально убить.

— Боюсь, — совершенно спокойно ответил Фраус. – Но страх – это показатель того, что я живой, — с какой-то странной улыбкой добавил он.

Я усмехнулся, тряхнул головой, возвращаясь к другой теме.

— И местные не догадываются, что их Игникальда малость подменили? – сощурился я.

— Знаешь, чем грешат боги? – хмыкнул Фраус, наблюдая, как я медленно качаю головой. – Они мнят себя настолько выше людей, что не являются им в истинных обличиях, выбирая для себя более подходящий образ, который любят периодически менять, шорикуя народ.

— Красиво, — криво усмехнулся, испытывая какое-то странное чувство, сродни стыду, потому что косвенно участвовал в одурачивании целого королевства.

Тут я услышал приближающийся шум, по дороге к подножию холма шли люди, неся в руках какие-то небольшие соломенные куколки.

— Куда это они? – не понял, всматриваясь в их странно удивлённые лица.

— Ко мне, — флегматично заметил Фраус. – Сегодня праздник прощания с зимой, и в этот день люди приносят дары Игникальду. На этом месте, рядом с которым мы стоим, когда-то был довольно большой храм бога огня, но в один из штормов утёс обрушился вместе с ним. В итоге люди приносят маленькие чучела для сжигания под него. Сжигают, собирают пепел, и его бросают на скалы.

Я с болью смотрел на то, как исхудавшая ребятня веселится, бегая с зажжёнными чучелами. Послышались шаги сзади, я оглянулся, завидев Никса, Асил, Астрит и наёмников. У всех в руках были маленькие соломенные чучела, а Никс держал факел. Командир подошёл ко мне, протянул одну из куколок. Я взял, глянул вниз и заметил, что у одного паренька чучелка не было, и он грустно смотрел на играющих.

— Никс, — горло перехватило, пришлось заставить его производить звуки.