Нерушимый

Мужик вроде неплохой, может, чего и посоветует насчет шабашки. Я подошел к проходной, но уткнувшийся в ноутбук комендант на меня даже не глянул.

Значит, планы меняются, понаблюдаю за жильцами, снующими туда-сюда на вход и выход. Комендант следил за ними краем глаза, а на меня вовсе не обращал внимания — уткнулся в ноутбук и щелкал кнопками.

Оживился он, лишь когда вошла девушка-пышечка — кудри каштановые, щеки румяные, грудь вся «четверка». Старый ловелас вмиг забыл о работе, заулыбался, шевелюру подправил, слюни аж до пола свесил.

— Здравствуйте, — промурлыкала девушка.

— Добрый день, — ответил я, и она сбавила скорость, остановилась.

— Вы не Оксану ждете?

— Ирину Тимуровну.

— А, вы ее сын! — радостно воскликнула она.

Весть о том, что я не к Оксане, ее обнадежила и превратила меня в предмет интереса.

— Я Настя, — представилась она и уточнила: — Шувалова.

Улыбнувшись, я виновато пожал плечами:

— Простите, Настя Шувалова, но сына товарища майора Джабаровой зовут Тимур, а я Саша. Саша Нерушимый.

А вот теперь появилось легкое разочарование. Девушка оценивающе оглядела мой скромный гардероб, но интереса не потеряла. Хоть она и была не в моем вкусе, слишком назойливая, нельзя не признать, что девчушка не без изюминки: глаза зеленые и искрящиеся, волосы ниже пояса локонами, россыпь озорных веснушек — сама непосредственность! Правда, интересовали меня первым делом самолеты, а никак не девушки.

Впрочем, мой боевой боец был с этим категорически не согласен: «Выполни цель жизни, Саня, оставь потомство, да побольше! А потом уже летай сколько хочешь! Смотри, какие глаза большие у Насти!»

— А зачем вам Ирина Тимуровна, Саша Нерушимый? — не отставала девушка.

Стиснув зубы, я отвел взгляд от ее груди и пожал плечами:

— Дело есть.

Настя встала рядом, опершись о подоконник, грудь колыхнулась в опасной близости.

Боец неумолимым домкратом начал поднимать все, что ему мешало восстать.

— Тогда почему здесь ждешь? — спросила, резко перескочив на «ты». Ага, из формального общения переходим в неформальное. Что ж, я не против.

— Потому что я тут теперь живу.

Вот она, обратная сторона привлекательной внешности.