Рысюхин, налейте для храбрости!

Конечно, всё это можно сделать и потом, по факту, так сказать, а до такого зверства, как в мире деда у нас не дошло. Шутка ли – грузовику нельзя было выехать на дорогу, не имея документов, в которых будет указано, что именно он везёт, откуда и куда. При этом запрещено отклоняться от кратчайшего маршрута, и за этим следит специальный отдел полиции! Это же отдельного человека сажать нужно, чтобы всё это планировал и оформлял, а то и не одного. У нас пока максимум полиция могла потребовать бумаги о том, что грузовик и груз – не краденые, и то – при наличии обоснованных подозрений.

Но мужская солидарность сработала, да мой бухгалтер и сам был заинтересован в том, чтобы его жена с моею наконец определились хоть в чём-то, так что задумчиво покивал головой и начал что-то там рассказывать про нормочасы оплаты и разрядные ставки такое, что и я потерял нить рассуждений, несмотря на свои «отлично» по прикладной экономике. В общем, продавили дам. Правда, Маша попробовала возмутиться:

– Я же тебе уже рассказала по дороге, что я выбрала!

– Да?! Это в какой же момент? Ты только рассказала, где какие бантики, на чём какие фестончики – знать бы ещё, что это такое – и как именно одна из покупательниц смотрела на какого-то приказчика, что мне ну вот вообще ни для чего не надо.

– Так вот именно тогда и рассказала! Понятно же, что розовые бантики на балдахине это… это…

Она сделала заминку, подбирая выражение, и я решил помочь:

– Да, пошлятина полная, согласен, это не подойдёт.

– Нет! – Радость моя аж подпрыгнула на стуле.

– Это мило и романтично, очевидно же!

– Кому именно? Тебе, мне или грузчикам?

– Всем, у кого есть вкус! – Но наткнулась на мой скептический взгляд и сокрушённое покачивание головы Варвары Матвеевны и обиженно умолкла.

Минут пять пообижалась, при этом была очень похожа на Василису, просто до умиления. Только чувства при этом будила совершенно другие, далеко не братские, как мелкая вредина. Затем вздохнула и тихо буркнула:

– Хорошо, подготовлю список утром.

– Ну вот и умница, а я тебе помогу! – С улыбкой ответила Белякова.

А не пришлось помогать ей расшевелиться и перестать дуться. И, кажется, я немного перестарался с помощью, поскольку в спальню мы пошли около десяти вечера, но вот спать легли уже около часу ночи…

Утром я доехал с Муркой до «Прикурганья», там она пересела за руль и поехала в Червень, за обоями, занавесками и карнизами. Ей там обещали всё это погрузить, а кому выгрузить найдём здесь, на месте.