Чёрный хребет. Книга 5

Казалось, это он должен дрыхнуть и разбудить его можно только с помощью палки, но нет – очнулся засветло и даже нас поднял.

– Ещё несколько минут и можно будет выдвигаться.

С Воргилом мы проснулись очень быстро. Ничто не бодрит с утра так, как подготовка к убийству другого человека. Никакое кофе здесь не нужно. Поднимаешься в несусветную рань, потягиваешься, зеваешь, представляешь море крови, которое сегодня прольёшь. Сон как рукой сняло – день начался.

Солнце ещё не успело выглянуть из-за горизонта, только редкие облака окрасились в оранжевый, как мы уже на ногах и двигаемся к центру Торхиха.

– Держи, – говорю.

Протягиваю Симону метательный нож.

– И ты держи.

Протягиваю такой же Воргилу.

Короткий клинок – не самая полезная вещь, если выходить против нормального оружия. Но как инструмент для неожиданного нападения – очень даже.

Улицы полностью пустые: жители только начинают просыпаться, кое-где слышится шум в домах, но о полноценной жизни речь пока не идёт. Именно это нам и нужно: спокойно добраться до дома старосты, никем не потревоженными.

– Убирайся! – тихо восклицает Хума и вылазит из-под рубашки.

Летучая мышь взлетает в небо и совершает большой круг по деревне. Ей впервые удалось размять крылья за последние сутки, поэтому наслаждается ветром и солнечными лучами. Я бы хотел, чтобы она и сегодня оставалась рядом со мной, в безопасности под рубашкой, но в такие моменты она начинает капризничать и не желает никого слушать. Хочет полетать – пусть полетает.

Идём мимо домов, мимо пустого базара, к вершине утёса, упирающегося в скалу. Дом старосты находится в самом дальнем конце деревни. Собираемся лишить жизни двоих человек, но воспринимаем это как благое дело, меньшее зло. Одна смерть по неким, лишённым логики законам вселенной, может предотвратить множество других. Уравнение, обе части которого не согласуются друг с другом и никого это не удивляет.

– Симон, – говорю очень тихо. – Ты чего такой дёрганый?

Мужчина идёт рядом со мной, весь зажатый и нервный.

– Я сосредоточен.

– Нет, это я сосредоточен, Воргил сосредоточен. А ты – напряжён.

– Мы собираемся залезть в дом местного старосты и прикончить его. Какого ещё состояния ты от меня ожидаешь?

Уж кого бы я точно не заподозрил в нерешительности, так это здоровяка Симона. Когда он сражался на турнире с Роддером, то готов был растерзать его голыми руками, отгрызть кусок лица парня, выдавить глаза.