Чёрный хребет. Книга 5

Мы выбегаем на небольшую полянку, а тут...

– Пиздец, – вырывается.

Можно прощаться с жизнью.

Пока мы убегали от дюжины тварей, гудящих вокруг, мы оказались в месте, где подобных ульев штук сорок! Куда ни глянь – повсюду ульи. Ульи, ульи, ульи. Их так много, что сложно увидеть землю и деревья между ними. И прямо в этот момент из каждого вылетает рой, сливающийся в единое облако в небе.

Нам хана. Даже одежды не оставят.

– Вода! – кричит Воргил.

Ноги сами несут меня в сторону. Ужас настолько сковал разум, что способность мыслить просто испарилась.

Остался только призрак самосознания, следящий за происходящим широко раскрытыми глазами.

Должно быть, в нашей крови сейчас столько адреналина, что им можно запитать трансконтинентальный лайнер. Никогда в жизни так быстро не бегал и сомневаюсь, что однажды ещё раз получится. Земля проносится подо мной на огромной скорости, точно я олимпийский спринтер. Симон с Воргилом точно такие же: огромными прыжками преодолевают немыслимые расстояния.

Позади нас уже даже не звон, а настоящий грохот.

Словно бесконечно повторяющийся гром от далёких молний.

Перед нами большое озеро, дальний берег, заросший деревьями, виднеется вдали. Вот оно, спасение! Добежать бы...

Хума держится за мою рубашку изо всех сил и без перерыва орёт куда-то назад. Кажется, её крик оглушает нескольких шершней, поскольку их тела бьют меня по ногам, бёдрам. Они падают на меня со всех сторон, но не цепляются, парализованные.

– В воду живо! – орёт Воргил.

Как будто мне ещё напоминать нужно!

За полном ходу влетаю в водную гладь.

Я бежал на такой скорости, что кажется, несколько шагов сделал по её поверхности, прежде чем провалиться с головой. Спасён! Убежал! Чувствую, как летучая мышь дёргается под мышкой.

Хума всплывает на поверхность и лежит на ней, распростёршись тряпкой. Сквозь воду вижу, как шершни летают над нами, но достать не могут. Даже летучая мышь, которая сейчас находится на поверхности, вне зоны их досягаемости. Чтобы укусить – им нужно приземлиться.

А приземление означает, что они сами уйдут под воду.

Их над озером так много, что они создают тень, закрывают солнце.

Плыву под водой к противоположному берегу, всплывая набрать воздух, когда он заканчивается в лёгких. Где-то на середине озера насекомые от меня отстали, осталось лишь голубое небо над головой. Выныриваю на поверхность и оглядываюсь, чтобы оценить обстановку.

Шершней больше нет – они возвращаются в свои ульи, потеряв к нам всякий интерес.