ЧВК "Пересвет"

Но была и хорошая: как только вражеский шагоход открыл по мне огонь, то его индикатор на экране консоли из фиолетового превратился в желтый, развязав мне руки.

Превозмогая боль в поврежденной руке, я навел турель на противника и надавил на гашетку.

Тяжелые пулеметы заухали где-то у меня под ногами, мерцая в сгустившихся сумерках красными трассерами.

Очередь вскользь прошлась по корпусу вражеского шагохода, не причинив тому существенного вреда. Неудивительно, ведь это толстая лобовая броня.

А вот пилот хотел обойти меня, наверняка он знает слабые места этих машин.

Я ломанулся на него, намереваясь повторить тот же трюк с тараном, при этом не переставая вести огонь. Но враг разгадал мой план — его шагоход пригнулся к земле, уперевшись как следует ногами и тоже продолжал вести огонь.

Пули ложились кучно, в кабину. Это было странно, ведь пилота, то есть меня, защищал толстый слой брони.

Ах вот оно что! До меня наконец дошло, куда именно били пулемёты противника.

По бокам кабины располагалось несколько небольших смотровых щелей, закрытых толстым стеклом. Вот в одно из них и метил вражеский пилот, пока я безуспешно пытался попасть в турель его шагохода.

Хорошо хоть пехота перестала лупить по мне своими фейерверками! Неужели дошло, что я на их стороне? Долго же они соображали…

В последний момент я плавно изменил траекторию движения и попытался резко сбросить ход, для того чтобы остановиться рядом с противником, развернуть кабину и попробовать использовать прием вражеского пилота — влупить из пулеметов в уязвимое место кабины, только уже в упор.

Получилось так себе. Конструкция шагохода хороша для преодоления сложностей ландшафта, мощного разгона, но вот с аварийным торможением у него беда. Видимо электроника тормозит так же, как и человек — начинает сбавлять ход, переходя на мелкие быстрые шажки и только потом останавливается.

Я пролетел мимо, подняв в воздух тучи снега и мерзлого грунта, шагоходы обменялись очередями на расстоянии пары метров. Обзорное стекло, в которое метился противник, дало большую трещину, но выдержало. Моя же пальба никакого видимого ущерба.

Вражеский агрегат сорвался в бег, но для разворота ему требовалось пройти рядом с пехотой. Я тоже ускорился, поворачивая кабину в его направлении и ведя огонь короткими очередями.