Одарённый ученик. Книга 1

В дверь вновь постучали. Вошла Марина, принеся разнос с едой, отвлекая от хмурых мыслей.

Я невольно сглотнул слюну. Взгляд мой скользил по угощениям, не зная на чем остановиться.

— Что тут? — только и смог выдохнуть я, жадно разглядывая тарелки.

— Мясная заливка с картошкой из печи под сырным соусом, — начала говорить служанка, показывая на тарелки. — Тут — блинчики с черной и красной икрой, тут — малосольная семга с лимоном и зеленью, как вы любите, тут — картофельные оладьи со сметаной, чесноком и укропчиком.

— Это все мне? — невольно спросил я.

— А кому же еще? — удивилась Марина. — Приятного аппетита!

Я принялся с жадностью поглощать божественную пишу, еще больше удивляя служанку. После тех помоев, что генерировал мне корабельный повар-киборг, после пластиковой каши и жижи из эрзац-пакетов и суррогатов, эта еда была просто невероятной. Вкус... разве можно его передать? Мягкий, обволакивающий, с оттенками сладости, маслянистый и богатый, заставляющий все вкусовые рецепторы пищать от удовольствия.

Я ел с таким наслаждением, что забыл обо всех приличиях, которые тут следовало бы соблюдать. Но мне было все равно, тем более кроме Марины здесь никого не было.

— Вы так проголодались! — выдохнула служанка, наблюдая за моей трапезой.

— Верно, — кивнул я, опрокидывая в себя порцию грибов с беконом. — Проголодался.

С едой было покончено за считанные минуты. С трудом сдерживая себя, чтобы не попросить добавки, я, едва дыша, выдохнул:

— Спасибо!

Это произвело на Марину еще большее впечатление — видимо благодарить прислугу тут не принято.

— Отец хотел бы вас сегодня увидеть к вечеру за ужином, — сказала Марина, убирая пустые тарелки. — Но это каким будет ваше состояние.

— Я в порядке, — кивнул я.

— Хорошо, я ему передам.

И ушла.

Сытый и довольный, я обратно лег в кровать. Повезло? Да, мне повезло. Не умер, оказался в месте, где мне делают массаж красотки и угощают такими деликатесами, о которых я даже не слышал.

Хотя сказанные напоследок слова отца все же неприятной занозой поселились в душе. О чем это он говорил? Какой еще экзамен? Впрочем, сейчас узнаем.

Что там Федор Иванович говорил про кнопку? Я нащупал ее у изголовья кровати, нажал.