Шелест. Гимназист

Обернувшись, увидел в дверях дортуара боярича с четырьмя подручными, маячившими за его спиной. Сомнительно, чтобы он специально выслеживал меня, скорее всего, совпадение. Вокруг ни души, вот он и решил воспользоваться случаем.

Мы сейчас ничем не отличаемся от простецов и можем рассчитывать только на свои силы, а мой авторитет идёт впереди меня, но ведь их пятеро, а я один. Так что счёт явно не в мою пользу, а разговоры им нужны только для накачки себя решимостью, чтобы проучить меня

Поэтому я не видел смысла играть по их правилам.

Не произнеся ни слова, я опустил руку к выдвинутому ящику своей прикроватной тумбочки и ухватил уже успевший подсохнуть кусок мыла. Короткий замах, и он, описав пологую траекторию, с тупым стуком влетел в лоб Ромашова. Тут всего-то семь шагов, так что прилетело крепко. Антон хекнул, мотнув головой, и упал навзничь, только ногами взбрыкнул.

Со мной даже в снежки отказывались играть, едва я научился их лепить. Для меня проблема была только в том, чтобы добросить, промахов же практически не случалось. Если только противник не оказывался слишком уж ушлым, да и то со второго, максимум с третьего раза прилетало и ему.

Бросать в Ворохова бесполезно, этого здорового бугая таким макаром из строя не вывести. А вот Ромашова, что сложением поплюгавей, оприходовать получилось качественно и, похоже, надолго.

Не теряя времени, я вновь опустил руку в выдвижной ящик тумбочки и теперь уже подхватил мыло соседа. Ещё один короткий замах, и второй снаряд отправился в полёт. На этот раз прилетело Гусеву, также не отличающимся могучим телосложением. Тупой стук, и второй противник осел эдакой тряпичной куклой.

— Ах ты, падла!!! — выкрикнул боярич и побежал на меня.

Жаль, что я не обут, ну не считать же обувью тапочки, из которых я поспешил выскочить. Но с другой стороны, босая нога не помеха, просто действовать нужно умеючи. Я встретил Глеба подъёмом стопы между ног, врезав по драгоценным колокольцам. Подлый удар? Да ладно! А впятером на одного это по чести, что ли?

Оставив позади тонко подвывающего Глеба, я скользнул к следующему, встретив его ребром раскрытой ладони в шею.