Провинциал. Книга 3

Нет, они толпились у выхода из караулки, словно боялись далеко от неё отойти.

Разумеется, они были немедленно наказаны за эту бестолковость. Наказывала их Лиза. Она, прямо из положения лёжа, вытянула вперёд правую руку с раскрытой ладонью, лицо её в одно мгновение стало сосредоточенным и строгим.

А на ладони, обращённой к противнику затеплился нежный огненно-красный цветок с полупрозрачными лепестками.

А через мгновение цветок исчез, а из ладошки моей сестрёнки вырвалась ревущая струя пламени, в один миг захлестнувшая бедолаг, собравшихся у караулки.

Раздался многоголосый крик сгорающих заживо. Живые факелы делали по несколько неверных шагов и падали на горящую ярким пламенем и плавящуюся от запредельного жара землю.

Огонь перекинулся на само здание караулки, из которого теперь выпрыгивали полуодетые караульные отдыхающей смены.

Мои ребята начали деловито отстреливать мечущихся в дыму и пламени охранников.

Продолжалось всё это очень не долго, и скоро крики и стоны стихли, лишь гудело пламя, пожиравшее остов караульного домика.

Хорошо получилось. Всю охрану упокоили, а до цистерн с топливом и до склада, где хранились спецсмазки для техники, огонь так пока и не добрался.

Убедившись в том, что на территории не прослеживается никакого движения я поднялся во весь рост.

Мне предстояло сыграть, так сказать, завершающий аккорд этой огненной симфонии. Проще говоря, мне нужно было аккуратно прилепить на каждую цистерну по небольшой, но очень мощной магнитной мине.

И только я перешагнул через кольца сверкающей огненными бликами колючей проволоки, как крыша горящей караулки обрушилась, подняв в раскалённый воздух огромное облако искр.

И вот тут меня поджидал сюрприз. Куча горящего мусора и обломков вдруг зашевелилась, и оттуда выехал приземистый охранный робот на широких гусеницах.

Его мы по каким то причинам вообще не обнаружили, а потому я начал лихорадочно соображать, что мне теперь с этой механической дрянью делать.

Для начала я сделал пару выстрелов из плазмомёта. Оба заряда растеклись по плёнке защитного поля, окутавшего грозного робота.

Механизм, посчитав, видимо, моё поведение недружественным, ответил мне серией выстрелов из крупнокалиберного пулемёта.

На этот раз потрудиться пришлось моим полям отторжения, и тяжёлые пули с визгом отрикошетили в сторону.