Провинциал. Книга 3

Сверху побелка осыпаться начала, ну да ладно, это не такое уж и большое неудобство, мы это без труда пережили.

А уборщики потом своими вениками красоту наведут...

Жизнь уважаемого господина Бояндина протекала, как вечная схватка между его осторожностью, которую завистники называли трусостью, и его стремлением к обогащению, то есть, попросту говоря, жадностью.

Был он личностью совершенно серой и невыдающейся, хотя и глупцом его назвать было нельзя. Голова у него работала хорошо.

И вот сейчас он сидел и обдумывал текущую ситуацию.

Войну то он объявил, как и договаривались. Мало того, как только конфликт зарегистрировали в Управе, господин Овечкин во исполнение своих обязательств тут же перечислил ему оговоренную сумму. Надо признать, сумму очень заметную.

Но, на этом плюсы и заканчивались.

А вот минусы продолжали множиться.

Война с самого начала пошла как то криво.

Вместо молниеносных побед последовали откровенные неудачи, сопряжённые с потерями, отставанием от утверждённого графика и прочими неприятностями.

И теперь, когда жадность Федота Мирославовича уже получила своё и успокоилась, в душу почтенного помещика стал закрадываться страх.

Страх пока неопределённый, аморфный, но очень быстро разраставшийся в связи с тем, что текущие результаты боевых действий совсем не соответствовали ожиданиям.

Домашних своих он действительно любил, хотя в его поведении это проявлялось крайне редко.

И первое, что пришло ему в голову, так это то, что семью необходимо отправить куда-нибудь подальше.

Семья-то не маленькая, престарелые родители, две жены, пятеро детей, и дети, к тому же, все несовершеннолетние...

— Да, лучше пусть на Афродиту отправляются, целее будут, — здраво рассудил Федот Мирославович.

Приняв решение об эвакуации, он тут же вызвал свою старшую супругу, Марину, имевшую недюжинные организаторские таланты, и озадачил её подготовкой к отъезду.

А отъезд он наметил на вечер этого же дня, благо удалось заказать билеты на стартующий сегодня к Афродите пассажирский корабль.

Так что на сборы было отпущено два с небольшим часа. Собраться за это время было нереально, а потому просто пришлось перечислить на счёт жены весьма солидную сумму, что бы семья на новом месте могла купить то, что не удастся привезти с собой. И вообще, этих денег им должно было хватить очень надолго.