Позывной "Князь"

Я признаю, что был ослеплен красотой вашей невесты и потерял голову. Приношу свои искренние извинения.

Краем глаза я заметил, как вытянулось лицо Лерчика. Привыкай, друг. Если Владимир накосячил, то теперь мне придется отвечать за его поступки, как делал это раньше.

Юрасов тоже выглядел озадаченным. Даже протянутое помощником оружие нащупал не сразу.

Передав шпагу, парнишка пискляво крикнул:

— Господа, прошу подойти ко мне, — мы с блондином замерли друг напротив друга. — Сегодня пятнадцатого числа седьмого месяца по Елизаветинскому календарю, проводится дуэль между князем Эгерманом Владимиром Ивановичем и князем Юрасовым Виктором Игоревичем.

— Да, признаю.

— А вы, — он глянул на Юрасова, — принимаете извинения князя Эгермана?

— Нет, — немного неуверенно ответил Виктор.

— Желаете ли начать дуэль?

Я внимательно следил за Юрасовым, по привычке пытаясь найти слабые места.

— Желаю! — к Юрасову вернулось прежнее воинственное настроение.

— Напоминаю, что дуэль идет до первой крови, — добавил парнишка и выкрикнул. — Разойтись!

Ну, Владимир, твой выход. Может, хоть близость опасности и любовь к дуэлям заставит твою память проснуться!

Аккуратно копируя действия Юрасова — он сделал два широких шага назад и поклонился — я прислушивался к себе.

На ум пришли сцены из старого кино.

— Начали, — крикнул парнишка, взмахнув рукой.

Юрасов сразу пошел в атаку. Его удары сыпались на меня как из рога изобилия.

Выпад, подшаг, укол.

Мне пришлось уйти в глухую оборону, не переставая анализировать его манеру двигаться.

Он наступал, и в его глазах пылал гнев. Губы превратились в тонкую линию. Как бы он меня ни нанизал меня на свою зубочистку в первую же минуту!

Руки рефлекторно ловили каждый его удар на основание шпаги и неуклюже отводили их в сторону.

— Что, великий мастак Эгерман не хочет со мной драться? — зло выплюнул Юрасов, плавно обходя меня по кругу. — Давай уже! Покажи, на что способен!

Его движения стали настолько быстры, что я невольно отпрыгнул с линии атаки. В следующее мгновение Виктор стремительно ударил сверху, и моя рука сама собой подставила шпагу.

Наши взгляды скрестились.

Каждый давил все сильнее, пытаясь сломить сопротивление.