Маша без медведя-2

Утром вся гимназия была взбудоражена предстоящим торжеством венчания, и никто не заметил, как тихо, не привлекая излишнего внимания, к парадному крыльцу подъехал дорогой и даже роскошный автомобиль, в который погрузили несколько чемоданов и свёртков. Следом с крыльца спустилась тонкая фигурка в зелёном гимназическом наряде и шали, накинутой на голову так, что не было видно лица. Далила покинула гимназию, ни с кем особо не попрощавшись. Возможно, не хотела поднимать в душе старые эмоции. Для неё новый этап жизни начался практически с чистого листа.

День, оказывается был праздничный – Покров!* Уроки, естественно, снова отменялись. С утра все нарядились в парадную гимназическую форму – с белыми фартуками и бантами. К некоторым в дни праздников после завтрака также приходили родственники, но сегодня все они (кто желал остаться, конечно) были приглашены на торжество венчания.

*В этом мире Российская Империяпродолжает жить по старому стилю.

Всё утро шли торжественные приготовления.

К одиннадцати все снова направились в большой храм, ярко освещённый всеми люстрами и светильниками, украшенный множеством букетов. Немного неожиданным стало присутствие целой кучи военных (некоторые с жёнами), родителей жениха и нескольких родственников.

Венчание я наблюдала впервые. Интересно вот это – короны (простите, венцы), которые над головами брачующихся держали их свидетели, хождение жениха с невестой по кругу – это же, наверное, что-то такое обозначает? Очень светло и торжественно пел хор. Потом жених и невеста шли через крытый дворик по дорожке, усыпанной розовыми лепестками, а все обсыпали их зерном и мелкими монетками. Это, сказали, просто традиция – на счастливую и богатую жизнь.

Свадебный обед накрыли снова в цветочной гостиной. Мне показалось, после вчерашнего известия даже и столов разбирать не стали, только на императорском возвышении сегодня сидели новобрачные, свидетели, друзья и родители. Со стороны невесты роль родителей исполняли директриса и классная дама двадцатого класса. Снова много и вкусно ели, звенели хрусталём и восторженно кричали «горько!»

Лиза краснела и опускала глаза, но от поцелуя не отворачивалась.