Архивариус 2. Нагнуть законы

Хотя у них в большинстве случаев есть возможность вырасти в силе, найдя какие-то интересные знания или же им просто повезёт.

— Профессор, — обратился ко мне невысокий, немного толстоватый парень. — А как так получается, что магические частицы Тьмы могут реагировать именно таким образом?

— Вот таким? — поинтересовался я у него, а затем сформировал небольшой поток из магических частиц Тьмы, которые проходили между моими пальцами и в один момент сталкивались, выдавая небольшие энергетические вспышки.

— Ага, — кивнул парень.

— Вы ответ уже знаете, но я напомню… магическая частица — это отдельная единица магии, — проговорил я на это, немного удивляясь тому, что они совсем не помнят это из своих теоретических лекций. Это как же они учились, что совсем не помнят этого? Если другие теоретические вопросы у них на таком же уровне, то я не вижу, что бы они стали в будущем официальными магами.

— Ага, — протянул он и попытался сделать то же самое, что сделал я. Но у него ничего не получилось.

— Ладно, — выдохнул я и посмотрел на часы. — Можете быть свободны.

Послушники быстро собрались и ушли, оставляя меня в одиночестве в кабинете. Одним движением я убрал всю грязь, которую оставили посетители, и стал ожидать начала следующей лекции. Эта лекция будет тоже по теме Магии Тьмы, но с разбором одного из базовых заклинаний.

Дверь в кабинет открылась, и я заметил Тонияту, которая первой вошла в класс, а затем уселась за первую парту.

— Добрый день, профессор Джимики, — первой поздоровалась она.

— Привет, Тонията, — кивнул я ей, опираясь на парту. — Готова послушать лекцию?

— Ещё бы, — ответила она. — Вы… лучше многих других профессоров можете объяснить эту тему.

— Рад, что ты так думаешь.

Дверь снова открылась, и внутрь зашла Бикки. Она на мгновение замерла, рассматривая меня, а затем быстро подсела к Тонияте. Так… и кого бы мне выбрать себе на эту ночь? Ещё несколько послушниц вошли в аудиторию и расселись. После них зашло пару послушников, которые даже не смотрели в сторону Тонияты и Бикки. Отношения между профессорами и послушниками совсем не порицались.