Анти-некромант

Но это было бесполезно. Глаза у этой женщины светились при виде такой драгоценности. Она была готова потянуть своими тонкие ручки, чтобы забрать у меня камень. Я видел, как ее белые ручки дрожали, а глаза не спускались с блестящего камня.

Адвокат понял сразу, что никакие уговоры не дадут результат, и согласился, четко кивнув. Она с быстротой змеи схватила камень, четко говоря всем, кто на самом деле хозяин этого дома.

– Вы не переживайте, – начала говорить она.

Мне понравилась ее железная хватка. Она решила вопросы быстро и молниеносно. Это не могло не радовать.

– Мне нужно восстановить мой клан и мое доброе имя, – проговорил я, обращаясь к адвокату.

– Клан, ваш жив, – проговорил сбивчиво адвокат, поглядывая на свою жену. – Я подготовлю только документы о том, что вы официально его возглавляете. Вступите в должность и подпишите все бумажки. Я их подгружу в общую базу.

– Хорошо, будем считать, что мы договорились, – произнеся и протянул им руку.

Я уже собирался уходить, как меня окликнула его жена.

– Это еще не все. Дим, ты забыл отдать еще то, что им принадлежит.

> Он посмотрел на нее украдкой, потом кивнули стукнул себе по лбу.

– Забыл, и правда, надо же, взял и забыл. – Он снова поднялся и направился в сторону шкафа. Открыл там несколько ящиков и стал лихорадочно искать, пока не достал ключи.

– Еще мне на хранение отдал ваш отец машину.– проговорил они протянул мне ключи от тачки.

Мы с Региной переглянулись.

И сказали вместе:

– Спасибо!

Отцовская машина оказалась в гараже под слоем пыли. Спортивное купе черного цвета, с коричневым салоном.

Регина закивала, признавая аппарат.

– Это папин.

Мы вылетели на ней в сторону отеля. Нам надо будет снять большую квартиру в новом районе. Но вначале надо разобраться во всем.

***

В самом дорогом квартале города, в небоскребе, на последнем этаже, располагался огромный кабинет, отделанный красным деревом. За его столом сидел граф Пашковский, откинувшись в своем кожаном кресле. Он был одет в строгий синий костюм, и его белая рубашка с изящными манжетами оттеняла бледность лица. На столе, покрытом изысканной скатертью, лежал револьвер, словно случайный предмет в идеально упорядоченном мире.