Орден Кракена

Спустя несколько часов остановил тележку у въезда в лес из-за влажной и гибкой земли, вызванной подземными водными слоями. Попросил напарников насобирать мне специальный мох с розовыми цветами на поверхности для зелий деда, а также определенную древесную кору, ядовитые ягоды, редкие орехи и грибы. Нам требовалось немало товара, так как в лавке у Савелия, кроме полупустых полок и паутины, почти ничего не было.

Зверьки быстро принялись за работу и вскоре начали приносить мне полные мешочки. Они снимали их со спины и высыпали содержимое передо мной для проверки.

Когда напарники закончили сбор, мы отправились обратно в город. На ровной дороге мы двигались быстрее. Вскоре я почувствовал приближение людей и, оглянувшись, увидел пыль от копыт четырех всадников за нами. Может быть, это были обычные путешественники, поэтому я решил не беспокоиться без нужды, но всё же оставался настороже. Всадники сначала промчались мимо нас на бешеной скорости, но затем все же повернули назад, преградили путь и остановились возле меня.

— Ты кто такой? — первым делом спросил один из них, облаченный в синюю накидку.

— Путник, — коротко ответил я.

— А можно поконкретнее? — не унимался он.

На плащах всадников красовались гербы, указывающие на то, что они служат гвардейцами какого-то виконта. Кроме того, у всадников были мечи, хоть и не самого высокого качества.

— Я Джон Кракен. А вы кто? — представился я, стараясь сохранить равнодушие.

— Не слышали о таком, — отозвался мужчина с щетиной на щеках.

— Я не отсюда, — переложил я поводья в одну руку и уставился на них тяжелым взглядом.

— Мы гвардейцы виконта Салазара Вудвилла и вынуждены конфисковать вашу повозку, — объявил высокий всадник в сером капюшоне. — У нашего господина сломалась карета, но вам потом выплатят компенсацию.

— А "потом" это когда? — поинтересовался я.

— "Потом" — это когда наш господин захочет. Так что закрой рот, пришлый, и вылезай из повозки! — дерзко бросил четвертый гвардеец с носом с горбинкой.

— Понятно-о-о… — протянул я, стараясь не рассмеяться над этими надутыми индюками. — Знаете, в столице был очень популярен один жест. Не уверен, будет ли он понятен в вашей глуши, но я просто обязан его продемонстрировать.

После этих слов я вытянул вперед кулак, а другой рукой начал крутить словно невидимый рычаг. Из кулака постепенно поднялся средний палец. Этот жест они хорошо знали.