Возрождение Феникса. Том 4

- Я бы с радостью, - вдруг смущается Лиза, разом потеряв всю свою горделивость и украдкой взглянув на меня.

- Тоже, - чуть отходит от страха Алеся.

- Тогда решили, - улыбаюсь. – Ну так что ты, Лиза, вещала про мое проказничество? Просвяти-ка. Вроде веду себя по этикету. Кого на вечер веду, за теми и заехал.

- На красивой машине, - поддакивает Леся, погладив кожаную перетяжку сидения. Зеленые глаза барышни вспыхивают. – Даже мой дядя впечатлился. В окно как глянул, так сразу сказал, что не ошибся в тебе.

- Передай мою благодарность Радимиру Львовичу за щедрую оценку.

- Арс…Сеня, - неожиданно самой робкой в нашей компании становится пепельноволосая княжна. - Соблюдая этикет приличий, вы нарушили этикет «собраний «Зарницы».

- А-а, вот оно что, - догадываюсь и почесываю щеку. – Значит, да будет так.

- А что в этом неправильного? – Леся хлопает глазками.

Ей поясняет Анфиса.

- Нравы в «Зарнице» простые. Даже очень. Не в почести правило: кавалер – дама. Здесь у многих принят формат «свиты».

Самые крутые собирают вокруг себя табун поклонников. Обычно светские львы не заезжают за своими сошками. Когда сошек много, конечно. За единственной спутницей заехать могут. А у нас, на первый взгляд, именно ситуация «свиты»: один мальчик, куча поклонниц. Вот Лиза и подметила воспитанность Сени ему в упрек.

- Лиза слишком добра, - замечаю. – И не акцентировала внимание на том факте, что свиты собирают княжичи и княжны. То есть, скорее, это я ваша сошка, - подмигиваю Лизе, от чего она не теряется:

- Что ж, тогда прислуживай нам по совести, Арсений.

- И на других барышень не смотри, - добавляет Анфиса.

- И следи, чтобы наши бокалы были полными, - Люда.

- И танцуй только с нами, - вливается в коллектив Алеся.

***

В связи с предосенней прохладой залы в «Зарнице» натопили до духоты. Многие молодые аристократы вышли подышать на улицу, дожидаясь, пока сбавят жар. В руках у дворян сверкают полные бокалы. Примыкающие улицы наполнили звон хрусталя, смех и гвалт.

Пролитое шампанское образовало на тротуарах пузырящиеся лужи .

На дороге раздается автомобильный гудок. Дурачащиеся дворяне торопятся сойти с проезжей части. Под свет неоновой вывески ресторана въезжает роскошный серебристо-черный «Майбах». Таганрожский премиум-класс, своершенство мирового автопрома. Далеко не каждый дворянчик такой себе позволит. Молодняк затихает и с любопытством ждет, когда покажется владелец.