Демон рода Шосе или новая жизнь

Чоррун как будто не заметил этого, на его лице появилась искренняя улыбка.

─ Много утекло времени, это да, но я надеюсь что старые обиды сегодня не помешают нам как родственникам поговорить и попить чаю, и не придется нам с тобой продолжать тот неоконченный бой, который изначально был бессмысленным. ─ Чоррун прошёл к столу и сел, ожидая, когда ему нальют чая и всем своим видом показывая что ему безразлично то, что его визит воспринят не очень-то и радостно. Этсуко стояла бледной как соляной столб, видать, боялась, что тот бой может сегодня возобновиться.

─ Ну, если по-родственному попить чайку то это всегда можно, ─ улыбаясь, сказал Изама и сел напротив прапрадеда.

Они несколько часов пили чай, попросив всех удалиться, так как у них будет разговор, не предназначенный для всех остальных. Когда они закончили и прапрадед уже садился в машину с Этсуко, Чоррун обвёл взглядом провожающий его род Шосе.

─ Клан никогда не забудет свои родственные связи с вашим родом, и вы всегда можете рассчитывать на нашу безвозмездную помощь, ─ он обращался ко всем и старался не смотреть на Изаму в этот момент.

Утром следующего дня произошло проявление моей силы, я на завтраке схватив чашку просто раздавил её. Что тут началось, дед чуть ли не прыгал от счастья, что его внук - обладающий родственной силой, и он сможет меня обучать техникам, которыми сам обладает. Каори же просто радовалась, я предполагаю, что её радовал просто тот факт, что я владеющий.

Вызванная комиссия, в которую входил и дед Изама, долго рассматривала меня, просила поднимать привезенные грузы, что-то рассчитывая по каким-то формулам, они даже спорили между собой. Дед молчал и глупо улыбался каждый раз, видя моё удивленное лицо, когда я поднимал камень или гантели весом превышающие мой собственный, не чувствуя веса того, что находилось у меня в руках.

Я же был счастлив, каждое движение было легким, в эйфории я даже не сразу заметил хмурого взгляда Каори. Комиссия после получасового заседания торжественно постановила присудить мне пятый «кю», и пока дед радовался и обнимал Каори ко мне подошел сгорбленный седой старичок из комиссии и поведал, что с сегодняшнего дня моя жизнь изменится.