Московский доктор

Дом Регины был оформлен в тёмных, глубоких оттенках, что придавало ему уют и спокойствие. Мебель, хотя и выглядела старинной, чистая и ухоженная. Освещение было мягким, создавая комфортную атмосферу без излишней духоты.

Регина уже приготовила корзину с фруктами, которая стояла на столе.

— Иван, учись у Григория. Ты не умеешь говорить приятные вещи.

— Я говорю только правду.

— Григорий, чем ты занимаешься?

— Я врач.

— Садитесь, я приготовлю вам обед.

— Бабушка, не забудь про мясо. Не заставляй меня есть только зелень.

Когда Регина ушла на кухню, Иван повернулся ко мне, его лицо было озабоченным.

— Как с бабушкой всё?

— Не совсем всё в порядке.

— Но она выглядит энергичной.

— Это просто маска, чтобы нас не расстроить. Я заметил пятна на её коже под воротником.

— И что в этом плохого?

— Напомни мне, когда она выйдет из кухни.

Я подошёл к боковой полке и стал осматриваться. На ней, среди различных банок и пузырьков, нашёл лекарство. Это было явно что-то серьезное, судя по упаковке.

— Что это? — не удержался Иван, подойдя ближе.

— Возможно, у неё рак, — ответил я, внимательно разглядывая упаковку. — Я нашёл лекарство, предназначенное для подавления раковых клеток, но не могу сказать точно, злокачественное оно или доброкачественное. Это может быть как в лёгких, так и в желудке.

Слово «рак» прозвучало в комнате, как гром среди ясного неба. Лицо Ивана потемнело. Несмотря на то, что он не был медиком, он прекрасно знал, насколько серьёзно это слово.

Регина, напротив, выглядела взволнованной и радостной.

Когда Иван отправился в ванную, Регина повернулась ко мне с тёплой улыбкой.

— Григорий, Иван привёл тебя, чтобы поставить мне диагноз?

— Регина, судя по твоей энергии, думаю, что Иван просто потратил время зря. Но если что, звони. Вот мой номер. Я всегда на связи.

— Как ты познакомился с Иваном?

— Я был бездомным, пока Иван не приютил меня и не дал работу, — ответил я, стараясь не выдать своей благодарности.

— Присмотри за ним. Он не стар, но всё ещё не умеет заботиться о себе.

— Ни за что. Он даже берёт с меня тысячу за тарелку бутербродов.

— Чёрт возьми! — вернулся Иван, прервав наш разговор. — Я беру с тебя тысячу, но даю банку газировки. Ты знаешь, что газировка стоит больше тысячи? Особенно после санкций.