Московский доктор

Молодежь металась взад-вперед, не зная, что предпринять. Двое парней, не теряя времени, схватили спасательные круги и рванули в воду.

— Схожу, проверю, — сказал я, уже начиная спускаться по лестнице, которая вела прямо на пляж.

Побежал, чувствуя, как сердце колотится в груди. Дыхание участилось, а мысли в голове путались. Когда, наконец, добежал, увидел, как те двое парней вытаскивают Дениса на берег. Его нога была вся в крови. Видимо, какая-то животинка решила поиграть с ним, но быстро потеряла интерес.

Денис лежал без сознания, лицо его было бледным, почти безжизненным.

— Черныш, ну ты и приколист. Как ты всё время рядом оказываешься? — поддразнил его, пытаясь скрыть тревогу за шуткой.

— Просто случайно мимо проходил, — ответил он, как обычно, с ухмылкой.

— Ты точно не следил за мной? — прищурившись, спросил, иронично изогнув бровь.

— Ну, если честно, — Черныш пожал плечами, — Я понял, что всегда найду добычу, если буду рядом с тобой, вот и всё.

— Жаль, но тебе не повезло. На этот раз ты не получишь трофея, — парировал я, чувствуя, как кровь закипает.

— Если только ты как-то это компенсируешь, — ответил Черныш. Для него это было просто дополнительное мясо, и, похоже, он особо не парился из-за возможной смерти Дениса.

Но времени на препирательства нет. Денису оставалось не больше двадцати минут, если кровотечение не остановить. Я бросился к нему, молниеносно оценив ситуацию.

— Все отошли! Дайте ему дышать! — громко скомандовал.

— Григорий, спаси его! Спаси Дениса! Он ещё совсем молодой, — в этот момент прибежала Ольга. Её лицо искажено тревогой и страхом. Она едва сдерживала слёзы, как мать, переживающая за своего ребенка. Обычно спокойная и величественная, сейчас она выглядела беспомощной и уязвимой.

— Какая у тебя группа крови? И у Дениса? — спросил, уже готовя всё необходимое для переливания.

— У меня — О, у него — А, — дрожащим голосом ответила Ольга.

Я обработал рану Дениса, пытаясь удержать его в сознании. Давление у него оставалось критически низким, его душа уже готова покинуть тело.

— Возвращайся! — Я сделал жест рукой в воздухе.

Все вокруг замерли, ошарашенно глядя на меня, словно я сошел с ума.

Но, на удивление всех, Денис вдруг открыл глаза, слабо простонал:

— Мам… Моя нога… Моя нога…

— Всё нормально, Денис, — сказал я, заглядывая в его полные глаза, хотя сам не был уверен, что смогу его успокоить.