Пришествие бога смерти. Том 11

— Гаус! Я чувствую на севере возмущение божественной энергии. Что происходит?!

— Кто-то открыл разлом в неизвестный мир. Не знаю, какая скотина это сделала, но, когда вернусь, он или, скорее, «она», получит от меня…

Договорить я не успел, так как нужно было концентрироваться. Ра щедро поделился большим количеством силы… вот, мажор… Ладно, сосредоточив силу, я начал распространять её от своей каюты, которая уже была покрыта ею, и начал окутывать всё судно, беря его в эдакий кокон.

Успел… А теперь… Надо оставить дырочку в пространстве.

— Анна! Назначаю тебя временно исполняющей обязанности бога смерти и загробного царства! — с этими телепатическими словами я послал из своего алтаря огромный поток божественной силы, чтобы наложить на девушку печать. Вернул в загробное царство всех слуг кроме Кики, передал Жанне парочку слов и… Прощай, мир… наш корабль затянуло…

***

Особняк Зимовых.

В это самое время.

Анна.

Несмотря на то, что полтергейст был «изгнан», в особняке по-прежнему жило лишь трое. Другие члены семьи вернулись после изгнания нечистой силы, но потом поспешили вернуться в столицу. И, по их словам, это совершенно не потому, что Анна стала жуткой… По крайней мере они так говорили.

— Как твои дела в учёбе? — поинтересовался Зимов Константин Кириллович, патриарх рода и отец Анны.

Сидели они за столом и трапезничали. И хоть стол был большой, сидели они все рядом.

— Скучно, но нормально.

— Правильно, никто не должен узнать о твоей силе. Да и… Младший маг в восемнадцать лет… подумать только… — Константин смотрел на любимую дочку и сиял от гордости за неё.

— Девятнадцать, уже, — девушка указала на большой праздничный баннер под потолком. На нём было написано: «С днём рождения! 19 лет!».

— Ну так Младшего мага ты получила в восемнадцать, — улыбнулся мужчина.

— Анют, вот скажи мне, тебе было сложно сказать своему парню, что у тебя день рождения? — со вздохом спросил Эдуард, высокий круглый парень. Он был на два года старше сестры и во много раз больше и тяжелее…

— Чтобы отвлекать его от великих дел? — она уставилась на брата, смотря на него как на дурака. — Да и сослали его на два месяца. Не хотела, чтобы он переживал.