Нейронная одержимость

От одной победы к другой он выстилал ковыль и полынь кровью грешников — пока не достиг их великого города. И пока не разбил ворота. Конец истории? ЧЁРТА С ДВА! Перед разваленными воротами сцепились его бояре, ведь первый вход в поверженный город — великая честь и великая слава для любого Великого Рода. И пока они срались — степняки завалили ворота, собрались и вышли навстречу. Прямо к увлечённым спорам боярам.

— Я так понимаю, они пошли не сдаваться.

— Что ты. Убили они пятерых великородных и холопов немерено. Именно поэтому я прошу вас, братья и сестры — именно прошу, а не приказываю вам как сын васелевса и деспота Нижнедонска.

Прошу дать клятву на оружии хранить это предприятие в тайне и подчиняться мне, как вашему воеводе на это дело.

— Вот так бы сразу, — смеётся Иаким, но когда поднимается на ноги — его лицо словно превращается в бронзовую маску, собравшую всю решительность мира. — Я согласен.

— Не думай, кузен, что вся слава достанется только тебе. Утру тебе рожу, вот увидишь, — ухмыляется Марика.

— В деле, — кивает «щёголь», и я чувствую странное беспокойство. Словно где-то уже слышал этот голос. Но где?

***

Подклеть улья Балагурово. Тремя часами позже.

— Армод, скотина!

Я в ярости бью один из пустых железных шкафов, и дружина замирает. Матерились за последнюю минуту изрядно все, но ваш покорный слуга гордо держался целых пятнадцать минут. Пока не увидел пустой трон.

— Адриан...

— Двадцать лет как Адриан, бл...

Мы не успели. Чёртовы «Индрики» успели вскрыть кодекс и завладеть целой горой звонких денариев.

Разумеется, с золотом сидеть в подземелье не было никакой нужды — и они весьма оперативно ушли куда-то наверх, ускользнув от внимания местных. Какими тоннелями, шахтами или проулками — ещё предстояло выяснить.

— Я найду цель.

— Найти-то, извини дерзость холопскую, не факт, что получится, — негромко, но твёрдо возражает мне Иаким. — Но организовать поиск — это сможешь. Мы будем ждать.

Идея привлечь Уаров гаснет так же быстро, как возникает. Я могу их оскорбить сравнением с Мейендорфами — а заодно и показать свою некомпетентность как организатора.

Ну что ж. Назвался груздём — полезай в кузовок. Отхожу в сторону и лезу в интерфейс «ракушки». Знакомый безликий номер. Гудки прерываются тишиной. Видимо, связь установлена.

— Ирина?

— Ау.

— Ты мнемотехник.

— Да ладно? Я уж тут немного забыла. Твоими стараниями скоро придётся переходить на работу оператором.

— У меня к тебе просьба.

— А может приказ? Слышала, ты в них стал мастак.